b000002289

Въ условленный часъ я пришелъ въ нашу помѣсти­ тельную школу, гдѣ со стѣнъ смотрѣли на меня портреты Владиміра Михайловича н моего отца-старика, выстроившихъ на свой счетъ это прекрасное зданіе. Классъ переполнен!,. Встрѣчаютъ меня земляки, какъ всегда, радушно п почти­ тельно. Человѣку безпартійному, мнѣ было легко дать объек­ тивное изложеніе партійныхъ программъ, а потомъ мнѣ важно было не залучить булановцевъ въ сѣти той нли иной партія, а - - повторяю — еще и еще разъ выяснить себѣ ихъ подлинную, не литературную, не златовратскую сущность. Я растолковалъ, почему называются такъ лѣвыя и правыя партіи н, начавъ съ крайней правой, я потихоньку пошелъ но дугѣ влѣво. Прошелъ болѣе и менѣе благополучно кадетовъ, перешелъ къ народнымъ соціалистамъ и чувствую, несомнѣнно чувствую, какъ моя аудиторія начинаетъ все болѣе и болѣе затуманиваться. Наконецъ, одинъ не вытерпѣлъ. — Да куды они гнутъ-то? . . . — Соціалисты? — Ну, да . . . Я заговорилъ о конечныхъ цѣляхъ соціализма, загово­ рилъ не безъ нѣкотораго трепета: моментъ былъ рѣшающій. Аудиторія опредѣленно уходила. Обнаруживались не­ сомнѣнные признаки нетерпѣнія. — Ну; это все ни къ чему! . . . — послышались, на­ конецъ, голоса. — Ты давай о дѣ лѣ то говори. . . — Да почему же, земляки, это не дѣло? . . . Надо все выслушать, всѣхъ знать. . . Вѣдь, скоро выборы. . . И я сталъ имъ разсказывать вкратцѣ о тамбовскихъ мужикахъ, духоборахъ, которые пошли этимъ путемъ и теперь въ Америкѣ, какъ слышно, достигли въ экономическомъ смыслѣ блестящихъ результатовъ. Самъ я не очень вѣрю