b000002289

Отвѣтомъ было общее молчаніе и — вопросъ быль снятъ съ очереди. Подвиги ранныхъ администраторовъ Добровольческой Арміи краснорѣчиво говорили, что рамки , Ревизора* и Сал­ тыкова-Щедрина для новыхъ помпадуровъ уже явно узки. Едва ли не самымъ красочнымъ фактомъ въ этой области былъ торжественный въѣздъ генерала Май-Маевскаго въ только что отвоеванный Харьковъ. Для встрѣчи главнокомандующаго*) были выстроены войска съ хоромъ музыки, а на правомъ флангѣ собрались депутаціи отъ города, земства, университета, кооператоровъ и проч. П вотъ среди торжественнаго молчанія подходитъ, поѣздъ »Мая“ — подошелъ, остановился и — ничего . . . Потомъ въ открытое окно вагона вылетаетъ пустая бутылка изъ-подъ шампанскаго и, звеня, откатывается въ сторону. И опять ничего . . . Общее недоумѣніе и растерянность. II, наконецъ, въ рамѣ окна появлается толстая, жирная и совершенно пьяная физіономія Мая. Онъ тупо оглядываетъ всѣхъ заплывшими глазками и, наконецъ, обращаясь къ общественнымъ депутаціямъ, по генеральски, хрипло кри­ читъ имъ: — Здорово, корниловцы! . . . А когда попытались депутаціи проникнуть къ нему въ вагонъ, адъютантъ попросилъ ихъ отложить разговоръ до завтра; сегодня генералъ не совсѣмъ здоровъ, — настолько нездоровъ, что онъ не могъ даже держать пера, чтобы под­ писать срочныя, представленныя ему бумаги . . . П все это на глазахъ у всего населенія и войскъ! . . . О чемъ думали эти безшабашныя, преступныя головы? На что онн надѣялясъ? Какъ предстаатялм они себѣ завтрашній *) Май-Маевскій былъ главнокомандующимъ Д. А. только, а А. И. Деникинъ — главнокомандующимъ всѣми вооруженными силами юга Россіи, въ которыгь Д. А. была только мастью.