b000002289

грязные, оборванные, часто въ не разъ прострѣленныхъ ши­ неляхъ, часто съ пятнами высохшей крови на нихъ, и пьютъ холодный поддѣльный чай съ противнымъ привкусомъ саха­ рина. Такъ какъ ни квартиръ, ни комнатъ нѣтъ, то ютятся они на подоконникахъ у знакомыхъ, въ переднихъ, во вши­ выхъ, тифозныхъ общежитіяхъ. — Ничего, изворачиваемся но маленьку . . . — весело смѣются за однимъ столикомъ проклятые. — Вотъ вчера за какіе-нибудь полчаса заработалъ на пробкѣ 400.000. Мы вѣдь не рубль на рубль беремъ. — съ насъ и копеечки на копеечку довольно . . . Ха-ха-ха! . . . Молодой, замученный офицеръ, сидящій за сосѣднимъ столикомъ, слышитъ все это. Чаша переполнилась. Онъ встаетъ, поднимаетъ стулъ и — опускаетъ его на головы мерзавцевъ. Крики, шумъ, — офицера уводятъ въ комендант­ ское управленіе. Онъ блѣденъ, молчитъ, только нижняя че­ люсть его трясется. И что у него въ душѣ теперь? . . . За что онъ тамг, мучился, за что проливалъ кровь?! . . . И сколько, сколько этихъ тихихъ офицерскихъ и солдат­ скихъ драмъ идетъ теперь незамѣтно среди насъ! . . , Когда Особое Совѣщаніе назначило Главнокомандующему нищенское — по курсу рубля — жалованье въ 10 .000 р. въ мѣсяцъ, онъ поднялъ страшный шумъ и, собственноручно вычеркнувъ эту цифру, написалъ 5000. Онъ самъ былъ без­ корыстенъ, іодилъ въ выцвѣтшихъ кителяхъ и хотѣлъ чтобы и всѣ подражали ему въ этомъ и не грабили бы Россію. Когда въ автомобиль ген. Эрдели грузинами-большевиками была брошена бомба, которою былъ убитъ шоффёръ, Главно­ командующій назначилъ пособіе семьѣ убитаго въ 3000 р., т. е., принимая во вниманіе курсъ, въ 30 руб.! Мы буквально ахнули всѣ . . . Тайке сурово и скудно содержалъ оиъ и офи­ церовъ, заставляя ихъ н и іъ семьи буквально голодать . . . То же бережное отношеніе кт. Россіи видно и изъ его пере-