b000002289

— Въ концѣ концовъ это все равно . . . — скаэалъ онъ. — И сорокъ человѣкъ дѣловъ тутъ, въ глуши, пона­ дѣлать могутъ довольно . . . Онъ имѣлъ право быть испуганлымъ: въ спинѣ у него уже сидѣлъ зарядъ дроби, пущенный дезертирами, а работ­ никъ его былъ убитъ на глазахъ его дѣтей и жены вы­ стрѣломъ ивъ револьвера въ голову. Положеніе было, дѣйствительно, тяжелое. Надо бы уѣхать, но какъ везти Вѣрочку? Ее даже въ ванночку было трудно перекладывать . . . Н рѣшили: будь что будетъ . . . Жена тоже настаивала, чтобы я скрылся куда-нибудь, но я отклонилъ это. И опять потянулись тревожные черные часы. И вдругъ ночью, часовъ одиннадцать,, въ нашу дверь раздается страшный стукъ. Я вскочилъ: — Кто тамъ? — Зеленая армія. Товарищъ Наживинъ, отворите! . . . — Что вамъ надо? — Оружія. Отворите! А то стрѣлять будемъ . . . — Оружія у меня нѣть. — Отворяйте! . . . И въ дверь снова раздался страшный стукъ. Испугъ могъ отозваться на Вѣрочкѣ очень тяжело. Я отворилъ дверь. Предо мной вырисовались въ темнотѣ фигуры трехъ обор­ ванцевъ съ винтовками за нлечахн. — Оружія у меня нѣтъ никакого. -ч- Смотрите, если найдемъ, то будете строго отвѣ­ чать . . . — Хорошо. Только я прошу отложить обыскъ до утра — у пеня очень тяжело боленъ ребенокъ н вы иожете перепугать его . . . — А, если боленъ ребенокъ, то мы васъ не потре- вожніъ . . .