b000002289

„Вѣдомости* всѣхъ способнѣе . . . Ну, а , Русское Слово*, то больше оклеивать стѣны беремъ — картинокъ много въ кетраткахъ-то, оно наклеишь н занятно . . . Будущіе демократическіе издатели отнюдь не должны упускать въ своихъ книгоиздательствахъ этой очень важной для деревни стороны дѣла. Безпристрастіе историка обязываетъ женя, однако, от­ мѣтить, что среди наиболѣе развитого крестьянство многіе сочувствовали кадетамъ-монархистамъ, но всегда почти при­ бавляли : — Жалко только, что по нашему они говорить не умѣютъ . . . Нуженъ былъ какой-то особый энциклопедическій сло­ варь, чтобы хоть какъ- нибудь столковаться съ деревней въ матеріяхъ политическихъ, нуженъ былъ какой-то особый путеводитель по темнымъ дебрямъ этихъ начесанныхъ головъ, — ни путеводителя, ни словаря такого не было и потому всѣ эти наши митинги, всѣ эти нудныя разсужденія надъ непонятной газетиной превращались въ какое-то преступное толченіе воды въ ступѣ . . . И крестьяне поумнѣе сами чувст­ вовали всю безсмыслицу этой болтовни, очень тяготились безпокойной жизнью, а старики утверждали, что наступили, знать, „послѣднія времена* и что жядъ Керенскій — несом­ нѣнный „анчихристь* . . . II новоявленная свобода сказывалась все болѣе и болѣе, все болѣе и болѣе расхлябывалась жизнь, все болѣе и болѣе проступало хулиганство: начались безтолковыя порубки, на береженыхъ посадкахъ въ большомъ и культурномъ лѣсномъ хозяйствѣ Храповицкаго пасся, уничтожая ихъ, скотъ, уси­ ленно истреблялась по лѣсамъ и полямъ раньше охраняемая закономъ дикая птица и звѣрь — „теперь все ваше“ н поэтому все гибло, безжалостно, безсмысленно . . . О и іс л о р**мю»і». 2 Владимирская і І , иЫетВ.й $<:ѵ.ішем