b000002289

огромную судовую казну, потоп, растащнлп все, что только можно было украсть — отрывали краснаго дерева двери миноносцевъ, срывали мѣдныя украшенія съ нихъ, тащило офицерскія койки, все, — а потомъ одинъ за другимъ вы­ водили суда на рейдъ и взрывали ихъ на глазахъ у плачущей толпы. . . А потоп., конечно, эти революціонеры, защитники справедливости, отдали разграбленную судовую казну бѣднымъ дѣтямъ, старикамъ? Какъ бы не такъ: въ тотъ же вечери начались дикія оргін въ притонахъ съ продажными дѣвками, швырянье денегъ прнгоршняии, катанье на автомобилях), и дпкіе разстрѣлы бпржуазовъ вообще и офицеровъ въ част­ ности. Ихъ ловллн вездѣ и всюду', привязывали десятками къ желѣзнымъ рельсамъ и бросали въ бухту, другихъ просто разстрѣливали, третьихъ прикалывали штыками, ибо они враги народа, а вол. опп, матросы, — народные благодѣтели . . . Теперь все это прошло и только черные въ тихомъ серебри­ стом), сіяніи луны мачты потопленныхъ судовъ свидѣтель­ ствуюл , небу о совершенныхъ злодѣяніяхъ . . . И пусть бы злодѣйство простое — его Господь простил,! — но тутъ было злодѣйство сверх-естествепное, прикрывавшееся самыми возвышенными лозунгами братства людей и свободы, зло­ дѣйство изумительное по лживости своей, злодѣйство исклю­ чительное но дьявольской наглости . . . 11 мысль о немъ тяжело волнуетъ сердце и отравляел, сіяющую тишину этой вешней ночи . . . — Ложитесь скорѣе . . . — тревожно прошепталъ мнѣ съ козелъ извозчикъ. Я глянулъ впередъ: на ярко освѣщенномъ луной шоссе у моста стояло шесть черныхъ молчаливыхъ фигуръ. Я быстро легъ на линейку. Червыя фигуры молча подпустили наел» къ себѣ, заглянули въ ‘линейку и. ни слона не говоря, про­ пустили жнжо . . . Проѣхали благополучно и Кабардинку.