b000002289

— А вотъ увидите, гдѣ . . . — такъ же рѣзко отозвался онъ н, не возвращая мнѣ паспорта, продолжалъ осматривать документы у другихъ, а когда кончилъ, обратился ко мнѣ: — Эй, синьоръ, пойдемъ . . . — Я вамъ не синьоръ! . . . — рѣзко оборвалъ я. — Такъ кто же: товарищъ, что ли? — II не товарищъ . . . — Такъ что же: господинъ? . . . Нынче господъ ужъ нѣту . . . — Вы сами обязаны знать, какъ обращаться кт, публикѣ, если вы, дѣйствительно, должностное лицо . . . Надо сказать, что отъ должностного лица опредѣленно пахло водкой и я долженъ былъ кромѣ того понять, что онъ просто малограмотенъ: если одинъ по безграмотности принялъ меня за члена директоріи, то нѣтъ никакихъ основаній, чтобы другой не припялъ меня за комиссара изъ Москвы. — Идемъ . . . — Куда? . . . — Тамъ увнднте . . . — У меня здѣсь семья . . . дѣти . . . — Важная вещь: у меня тоже дѣти . . . Вотъ нашелъ чѣмъ удивить! . . . Я передалт, взволнованной женѣ денегъ н, окруженный тремя агентами, пошелъ подъ конвоемъ ихъ въ контръ-раз- вѣдку. Всѣ были опредѣленно пьяны. Настроеніе у меня сразу упало. Въ контръ-развѣдкѣ на Серебряковекон меня принялъ какой-то не то чиновничекъ, не то офицерикъ керенскаго времени, то есть, полуграмотное существо съ манерами. Что я ни говорилъ ѳиу вт. объясненіе, какіе документы нн по­ казывалъ, онъ ничего не понималъ и только все повторялъ: — Не кричите! . . . Здѣсь кричать нельзя . . . — Да я не кричу, я объясняю . . .