b000002289

Мы пошли въ каюту. Навстрѣчу намъ съ дивана под­ нялся молодой, холеный военный во френчѣ и галпфэ, насто­ ящій типъ моднаго англійскаго корнеля. — Позвольте васъ познакомить, господа, — сказалъ князь. — Писатель Наживинъ, министръ временнаго прави­ тельства Переверзевъ . . . Мы раскланялись и вступили въ бесѣду. Отставной министръ очень заинтересовался моими сѣверныни наблю­ деніями, о которыхъ вкратцѣ разсказалъ ему тутъ же князь, и внимательно разспрашивалъ меня о тамошнихъ настроеніях ъ. — Откатъ назадъ вообще п въ крестьянских!, массахъ, въ особенности, тамъ таковъ, что иногда я думаю, что есть уже опасность абсолютизма . . . — сказалъ я серьезно. Вполнѣ возможно . . . — согласился онъ. — Только почему же вы такт, странно выражаетесь: какая же .опасность* абсолютизма? . . . — То есть, какъ какая? — совсѣмъ удивился я. — Я рѣшительно думаю, что въ абсолютизмѣ для Россіи есть дѣйствительная опасность . . . — Почему же? Нисколько . . . Присягнемъ нашему Государю Императору и будемъ вѣрой и правдой служить ему . . . — сказалъ революціонный министръ юстиціи съ пол­ ной певозіутнмосыо. Я отъ изумленія даже назадъ откинулся. Князь молча покуривалъ свою трубочку и смотрѣлъ на насъ смѣющимися глазамя. — Позвольте . . . Но вѣдь вы, если я не ошибаюсь, были откомандированы въ коалиціонное министерство одной изъ соціалистическихъ партій? — Совершенно вѣрно. — И — извините за нескромность — давно вы стали говорить такъ, какъ только что говорили со мной? . . . — А съ тѣхъ поръ, какъ побывалъ у власти . . .