b000002289

секрету объясняет!,, что Петлюра потому и Нетлюра, что не миновать ему петли. Такъ проходить слава міра сего! . . . До сѣдыхъ волосъ дожилъ я и все мнѣ казалось, что тайно отъ меня люди дѣлаютъ какое-то важное дѣло, знаютъ что-то такое, чего я не знаю, и я, лѣнивый созерцатель отъ природы и авансомъ невѣрящій людямъ, шелъ туда и сюда, бесѣдовалъ н съ Толстымъ, и съ земцами, и со священниками, и съ Ригъ-Ведой, и съ писателями всякими: авось, прого­ ворятся, авось я выпытаю у нихъ какъ-нибудь ихъ секретъ. . . И только очень поздно догадался я, узналъ ихъ тайну, что — увы! . . . — никто изъ нихъ, какъ и я, ничего не знаетъ и что то важное дѣло, которое дѣлается жизнью — если оно важное и если оно дѣло — дѣлается помимо ихъ, вопреки нмъ, несмотря на нихъ, что они въ этой пестрой игрѣ слу­ чая — только пѣшки . . . Да, .утренній вѣтеръ все вѣетъ, поэма творенія про­ должается. но мало ушей, которыя слышать ее . . . “ — слышать ее, можно только отойдя въ сторону. Такъ, но гдѣ же та сторона, куда я могъ бы отойти? Рѣшительно, люди дѣлаютъ землю слишкомъ тѣсной! . . . Прекрасно сказалъ въ Кіевѣ Мятдевъ: Викторія, викторія! Оконченъ славный бой! Петлюра, Директорія, Флагъ желто-голубой, Народа правомочія, Сіяніе зарн, II прочее, н прочее, II — чортъ васъ всѣхъ дери! XVII. Кровавая комедія продолжалась. По лицу освобожденной .Украины* шлн погромы и разбой, а въ Кіевѣ собрался уже