b000002289

нелѣпые ползаютъ по деревнямъ. И слышно, что попрежнему рѣжутся великороссы съ донцами и кубанцами, галичане съ поляками, поляки избиваютъ бѣгущихъ домой нѣмцевъ н жгутъ живьемъ въ синагогахъ евреевъ цѣлыми массами — это освобожденные пароды подъ сѣнью краснаго знамени сливаются въ одну братскую семью! . . . Объявляютъ въ округѣ мобилизацію и народъ идетъ воевать за 8емлю, и многіе уже получили свою долю въ три аршина на сосѣднемъ кладбищѣ, н за самостійную Украину, придуманную писателями, хотя я не знаю буквально ни одного крестьянина здѣсь, ни одного солдата, которые были бы за отдѣленіе отъ Россіи. Это кажется имъ такимъ дикимъ абсур­ домъ, что они и говорить серьезно объ этомъ не хотятъ. Такъ наши владимірцы и рязанцы но мановенію писателя Ленина шли воевать за чуждый имъ соціализмъ, съ которымъ они не имѣютъ рѣшительно ничего общаго, который они органически ненавидятъ. Тамъ ихъ обманывали на интелли­ гентскомъ жаргонѣ, здѣсь нмъ .морочатъ головы* на ка­ комъ-то дикомъ діалектѣ, и отбираютъ оружіе, и рекви­ зируютъ скотину, и ставятъ всю жизнь кверху ногами. И все валится въ пропасть безсмыслицы, н обрываются всякія связи между людьми, и нельзя никуда уйти изъ этого Бэдлаиа. Поѣзда, если идутъ, то идутъ, какъ нмъ Богъ на душу по­ ложить, и иногда вдругъ останавливаются среди чистаго поля: нѣтъ топлива. Пассажиры дѣлаютъ между собою склад­ чину и ѣдутъ покупать уголь, сами привозятъ его, самп грузятъ на паровозъ н ѣдутъ дальше. А нельзя достать угля, ломаютъ заборы сосѣдніе, полы въ товарныхъ вагонахъ, лавки въ вагонахъ пассажирскихъ, а то стоятъ день, два, три, недѣлю, мерзнутъ, голодаютъ, продаютъ съ себя все, до обручальныхъ колецъ включительно, чтобы кормиться . . . Я знаю человѣка, который отъ Ростова до Кіева ѣхалъ въ такихъ условіяхъ двѣ недѣли! . . .