b000002289

бѣлый хлѣбъ! — ѣдимъ яйца, курятину, а въ чай кладемъ сахару доверху, не считдя: во Владимірѣ въ послѣднее время мы сидѣли уже на противномъ сахаринѣ . . . Хозяинъ, раз­ витой мужикъ, не только мой читатель, но и почитатель. Онъ оказывается бывшимъ члепомъ той кавказской интелли­ гентской земледѣльческой общины — что-то вродѣ Гудер­ месъ, — въ которую нѣкогда приглашали и меня. Община давно распалась — всѣ переругались и разошлись. Онъ выражаетъ мпѣ сочувствіе и не могу сказать, что мнѣ доста­ вляет!. большое удовольствіе выслушивать похвалы всѣмъ тѣмъ старымъ глупостямъ п наивностямъ, отъ которыхъ я самъ уже отказался. Но дѣлать нечего! . . . — А когда придетъ пароходъ? — Сегодпя вт. ночь. А утромъ отвалъ . . . Но пароходъ не пришелъ ни въ ночь, ни завтра, пи послѣзавтра. Всѣ страшно томились, ходили одинъ къ дру­ гому въ гости, пили чан, ходили на базаръ въ Оршу, си­ дѣли на бережку, глядя, какъ на той сторонѣ шалаются большевики. Иногда какой-нибудь изъ этихъ воиновъ под­ нималъ винтовку и выпускалъ всю обойму въ какой-нибудь камецр или корягу, высунувшуюся изъ воды. Нѣмцы съ пре­ зрѣніемъ смотрѣли на эти дикія забавы . . . Наконецъ, пришелъ пароходъ— ужаснѣйшая, грязнѣйшая, съ выбитыми стеклами посудина, называвшаяся по странной ироніи .Любовью*. Ночью, въ полномъ мракѣ, среди раска­ товъ „птаиз! . . .* п „зигйск!* пассажиры рянулпсь па при­ ступъ. Ворвался въ гущѣ штурмующей колонны на паро­ ходъ и я и буквально обмеръ: холодище, сквозняки, вонь, грязь и давка такая, что прямо ужасъ беретъ! Такъ раньше не возпли у васъ даже арестантовъ . . . Съ огромвымн усиліями удалось отвоевать мѣста — копечно, на полу: женѣ съ малышами во II классѣ, а намъ съ Люсей въ III, на дровахъ. Съ нами же помѣстились