b000002289

И часть интеллигенціи уже мирилась съ торжествующимъ хамомъ. Студенты московскаго университета цѣлой группой подошли къ профессору, новоявленному большевику, и спро­ сили его: неужели же онъ, въ самомъ дѣлѣ, вѣритъ въ то, что говоритъ? —. Разумѣется, нѣтъ . . . Но это прекрасная пропаганда — для будущаго . . . Конечно, пнть-ѣсть н профессору нужно. „Нашъ извѣстный поэтъ,*, К. Д. Бальмонтъ, который такт, недавно еще, казалось, похвалялся, что онъ „сынъ солнца“, что „въ жилахъ его течетъ царственная кровь“ — онъ былъ помѣщикъ изъ-подъ Шуи. мой землякъ, — теперь издалъ препоганенькую брошюрку: „Революціонеръ ли я ? “, въ которой и доказывалъ, конечно, что онъ революціонеръ, что даже во второмъ классѣ гимназіи онъ былъ уже эсъ- эромъ . . . II не одни поэты расписывались такъ предъ торжест­ вующимъ хамомъ въ вѣрноподданническихъ чувствахъ. Одна изъ „бѣлыхъ* организаціи назначила какъ-то' пробную моби­ лизацію офицеровъ — иа зовъ явилась едва десятая часть ихъ. А когда, нѣкоторое время спустя, большевики объявили регистрацію офицерства, иа приказаніе ихъ явилось ни много, ии мало, какъ слишкомъ 40.000 человѣкъ, т. е. цѣлый кор­ пусъ! Такъ въ затылокъ и стали всѣ. II невѣроятно тяжкое впечатлѣніе произвело это на патріотическую Москву: цѣлая армія хорошо знающихъ военное дѣло людей покоряется кучкѣ нрохвостовъ! II, помню, въ тотъ же вечеръ регистраціи ко мнѣ вдругъ звонятъ. Въ чемъ дѣло? Оказывается, въ одной близкой семьѣ попалъ въ эту исторію членъ семьи, артилле­ рійскій капитанъ н вотъ требуется, чтобы я похлопоталъ, поручился за него, что онъ не контръ, не врагъ народа, что съ большевистской точки зрѣнія онъ совсѣмъ паинька.