b000002288

Жизнь Вани снова уперлась в какой-то грязный и жалкий тупик и опять он почувствовал. что его точно душит что, что не знает он ни куда итти, ни что делать. Он чувствовал себя более одинокии, чеи если бы он был на необитаеиои острове. Отец заиетно постарел и иного работал. Изредка он шуино кутил со своиии приятеляии, но часто иолча ходил в суиерки в халате из эал“ в гостиную. из гостиной в свой огроиный каби- нет, а потои обратно и все что-то дуиал. и на лице его был суирак, а иногда и горечь. Лена. сестра, была очень эаикнута и тоже, видиио, тоиилась в каких-то интел- лигентских туианах. Изредка Ване попадались в руки ее книжки — она обыкновенно прятала их — и он с усиешкой убеждался, что это или тощенькие програииы по саиообразованию, или Тиндаль какой - нибудь, или Смайльс, или Л етурно ... Катя. выидя замуж, пышно процветала и аеселилась ‘ еннадий Егорович. несмотря на иолодость, был уже старшии директорои акционерного общестаа „Медь" и зарабатывал бешеные деньги. Она одевалась у саиых дорогих портних. картонки с ее шляпаии гроиоздились горой до потолка и в доие шло постоянное разливанное иоре. — Ваня, это ты ? — весело кричала она брату в телефон. — Непреиенно приезжай сегодня с Леной зав- тракать: Геннадий достал в Охотнои такую ветчину, что прямо невероятно! Ч т о ? .. Нет. нет, без всяких возра- жении! Непременно а то я очень обиж усь... И тетя Пелагея со своими обешала быть . Непреиенно . . Саи увидишь: настоящее чудо! И раз, после одного из таких завтраков, Ваня, в голове которого слегка шуиело от выпитого вина, — не пить здесь было совершенно невозможно — спросил зятя: — Но скажи ине, пожалуйста, Геннадий. за что платят тебе такие сунасшедшие деньги? Ведь, в конце концов, все, что тебе для твоих балансов нужно, это четыре правила арифнетики Но их знают все. Тот бурно расхохотался. — Ты их вот тоже знаешь, шоп сЬег аші, — сказал Геннадий Егорович, страдавший пристрастиен к француз- скоиу языку, — но, однако, тебе никто ничего за это не дает. Следовательно, денежки платят нне не за ариф- нетику ... — Так за что же ? — Поясню тебе принерои. ,. — прихлебывая шаи- панское, сказал Геннадий Егорович. — Вот когда я был еще только, так сказать, в преддверии рая, старшии бухгалтерои, является, бывало, курьер: Геннадий Егоро- вич, вас просят в правление. Вхожу: что прикажете? А вот — говорит старший директор, — наи нужно в годичнон отчете показать на этот год сень миллионов убытка, Геннадий Егорович... Я кланяюсь: слушаюсь... — Позволь: а если бы тебе сказали показатъ трид- цать миллионов прибыли? — спросил Ваня. — Опять я сказал бы: слушаюсь... — Как? С теми же цифрани?!. — Р а зуи еетс я ... — Но. . позволь: а не угодите вы за такие операции в один прекрасный день в Сибирь? — Ага ! — захохотал тот. — Так вот, шоп сЬег аші, за то саиое, что я иогу делать с цифраии все, что ине