b000002288

крулныи домовладельцем держались, главным образои, на плечах тети Пелагеи. Ее звали втихомолку „само- держицеи' и удивлялись ее силе воли, практическим неиного- И ЭНвРГИИ И ° На ИН°ГДа ЛЮбИЛа пог°Рдиться ~ Н\ ЧТ° ' господа иужчины ? — говаривала она с " бК0Ѵ А кричите: баба- баба’ волос допог- а КОР°ТОК н ет . видно. и мы не лыком тоже шиты. нисткоТ ан в° Гв°, н%с03навая- Пелагея стала феми- нисткои. Но, если бы кто разъяснил ей это, она, пожалуй ° " ‘ ЛІОб" ” а стар‘" " 'у " этих, вертихвосток не выносила. ~ НУ> СаДИТесь> «лн т есь . .. - говорила она, расса- вот с п о Г ДеЖЬ- ~ Ты> КРеСТНИК’ РЯД0М со м"0й садись в о т сп р а в о и стороны ... Почетным гостем будешь... олько, что редко навещаешь свою хрссну Тебе как покрепче? д а не вертись ты так> ^ ^ гляди варенье опрокинешь... ватыи^ : Г С П0ЯВИлась почтенная горничная с рябо- ватым, добродушныи лицом: „вертелок** тетя Пелагея " м 4олее- ,т<> »»«»«•*" п : всегда было довольно.. — Константин Владимирович Мирцев приехали сдерживая улыбку, доложила она. / Тетя Пелагея смешно сморщила нос. — Ох ! . . — простонала она — Ну, что же ми делать будеи ? МЫ тепеРь иеетёй В0Т ^ и н о і - в о с к л и к н у л а Нюточка. _ Разу- меется, надо позвать его сюда пить чай .. кой ~ °ПХ’ Н<5 ЛЮбл,о! ~ «Училась тетя Пелагея. - Ка- пеохоть т СЬ ВЫВИХИУТЫЙ -- а на плечах всегда точка ПРИНЯЛа бЫ вГ° ЛуЧШв в гостииой‘ Ню- Но тут же природное добродушие и гостеприимство победили. — Ну, зови его сюда, что ли, Глаша .. — распоря- дилась она. Чрез короткое время в столовую своей развинченной походкой вошел Константин Мирцев, ставший уже „на- шим известным" поэтои, — весь нелепый, подслеповатый, с пенснэ на краснои носике и перхотью по всему вороту. Он очень повылинял за эти годы, но считал себя обая- тельныи и, как говорили, действительно ииел успех среди всяких декаденток и неврастеничек. — А ! .. А ! .. А ! .. — с конической почтительностью приветствовала его иолодежь. — Наконец то! . Принесли что-нибудь новенькое?.. Поэт дерзко-небрежно раскланялся и уселся рядои с Нюточкой. Он был вдвое старше ее, но открыто за ней ухаживал: за ней, как и за всеми сестрами, было 200,000, не считая бриллиантов и иехов, а он, неснотря на успех своих сборничков среди неврастеников, пребывал больше на тои режине, который сытая Москва называла почену-то „пищей св. Антония“ . Тетя Пелагея не одоб- ряла этого ухаживания, но Нюточке чрезвычайно льстило внииание известного поэта, который недавно посвятил ей совершенно неприличное стихотворение „Бледная нога‘‘. .. — Ваи крепкий? — спросила поэта тетя Пелагея. — Ч т о ? .. Д а ... Нет . . рассеянно отвечал он .— Все р авн о ... Все дружно захохотали. Но на порзге стояла уже опять Глаша. — Господа Шуиовы ... Опять по лицу хоэяйки прошла тень, но она спра- вилась с собой и без большого воодушевления прогово- рила: