b000002239

Примѣчаніе. Поелику рѣчь и стихи по скорости н на дорогѣ писаны были карандашомъ, то и стерлись; и по пріѣздѣ, когда всѣ сочииенія собирались во едино, стихи едва были разобраны, а рѣчн одно только здѣсь представ­ ленное начало могло быть разобрано, а прочее совершенно стерлось; дополнить не хотѣлось потому, что сей конецъ, какъ нѣчто обдуманное, былъ бы кон- трастомъ со всѣми прочими, писанными безъ всякаго притотовленія. Потомъ гробъ монахами Архангельска™ монастыря понесенъ къ могилѣ, которая уготовлена была противъ алтаря главной церкви съ правой руки. Когда гробъ начали спускать по холсту, учепикъ говорилъ рѣчь, между тѣ.мъ к акъ работники держали гробъ на холстѣ въ половину опущен­ ный въ могильное отверстіе. Примѣчаніе. Рѣчь эта но вышесказанной причинѣ совсѣмъ по могла быть разобрана и лучше найдено ее оставить. Когда священнодѣйствующіе по обыкновенію посыпали опущенный гробъ землею и падавшая земля уныло застучала о гробовую доску, бывшій тутъ племянникъ, совершенный сирота, жпвшій по бѣдности на ого содержаніи, читалъ слѣдующіе стихи: „Свершилось все—и нѣтъ тебя, Заоыпанъ прахомъ ты могильнымъ, Минула радость для меня, И горемъ сильнымъ и обильнымъ- Сугубо надѣлитъ судьба. Отецъ, отецъ мой, гдѣ, когда Увидимся мы здѣсь съ тобою? Что будетъ съ бѣднымъ сиротою? Увы, уже не внемлешь ты, И тщетны счастія мечты. Приникни хоть, отецъ, оттолѣ, Когда въ твоей то будетъ волѣ, Меня совсѣмъ ты по оставь; Вывъ съ Богомъ тамъ, хотя мольбою О мнѣ къ нему, ты съ сиротою, Отецъ, бесѣдуй иногда. Моиже сердца и уста Не замолчать нигдѣ и никогда"... Поелику и сіи стихи писаны были карандашомъ, какъ и потерянная рѣчь, то едва и сіи здѣсь представленные послѣ могли быть разобраны, а коноцъ ихъ стертъ и по той жо какъ выше причииѣ но могъ быть дополнонъ. Но поелику онъ отъ рыданія не могъ читать стихи, то бывшій тутъ про­ фессора чтобыпособить сему замѣщательству, ироизнесъ слѣдующій экспромнтъ;