b000002236

значилось за самыя тяжкія преступленія и обыкно ­ венно сопровождалось еще однимъ изъ видовъ на- казаній, перечисленныхъ выше. Запрещен іе въ священнослуженіи въ нѣкото- рыхъ случаяхъ простиралось на одно какое-нибудь изъ гаинствъ въ зависимости отъ характера по ­ грешности провинившагося. Въ 1749 году попъ с. Весокъ Иванъ Михай- ловъ явился къ генералъ-ма іору Шемякину , вотчи ­ на котораго была здѣсь, и объявилъ , что приказ - чикъ Тюменевъ и жена приказчика Домна , при ­ сутствуя въ церкви с. Весокъ у Божественной лп- тургіи, сказали ему, будто бы ІІ Іемякинъ тащилъ Домну на постель и хотѣлъ учинить съ нею блуд­ ное дѣло. Согласно послѣдующимъ разъясненіямъ оказалось, что попъ открылъ Шемякину то, что было сообщено ему на духу. Консисторія р а спор я ­ дилась: „священнику Ивану Михайлов}^ за таковое весьма неразумное объявленіе, учинивъ въ коней- сторіи жесточайшее наказаніе, какъ прихожанъ сво- ихъ, такъ и никого въ духовность себѣ исповѣдью принимать запретить; тбтъ его приходъ оною д у ­ ховностью вѣдать другому, к акъ въ соверш еннѣ іі- шемъ отъ него возрастѣ сущему священнику и ж и ­ тельствующему по близости". Остальным священно- дѣйствія Ивану Михайлову не были запрещены Д Въ 1750-хъ годахъ консисгорія нѣсколько разъ разбирала дѣла, гдѣ временное запрещен іе свяіценно- дѣйствія, впослѣдствіи приходилось усилить новыми наказаніями, благодаря новымъ „продерзостямъ “ осужденнаго лица.