b000002236

систоріи: „Въ то время, когда я была еще въ домѣ отца своего бобыля Св. Троицк ія лавры, моя мать, умершая въ прошломъ году, приводила въ домъ к а ­ кую то женку и называла ее женою конюха Св. Троицк ія лавры Василисою Прохоровою. Ж е н к а эта отвела мою мать въ заднюю горницу, сняла съ нея крестъ , положила на полъ и сказала стать на этомъ крестѣ ногою и отречься отъ креста Христова и всего міра. За тѣмъ Василиса стала наговаривать надъ гор- шкомъ съ водою, который держала въ рукѣ , и, взявъ у матери моей рубаху нечистую, въ какой она съ мужемъ спала, вымыла эту рубаху въ наговоренной водѣ, вылила воду въ скляницу и велѣла, по пріѣз- дѣ въ домъ свекра , положить ту воду въ бочку съ квасомъ, отчего всѣ домашніе будутъ ея любить“. Консисторія распорядилась послать Домну Егорову въ Троицкую лавру подъ карауломъ , просить со- боръ Троицкой лавры забрать свѣдѣнія, какія изъ конюховыхъ женъ называются Василисами, и сколь­ ко ихъ окажется, забрать всѣхъ, не минуя ни одной, а Домнѣ Егоровой велѣть узнавать ту, которая бы­ ла у ея матери Д Чѣмъ закончилось разслѣдованіе, изъ конси- сторскихъ документовъ не видно. Все дѣлопроиз- водство было передано въ Троицкую лавру, въ вѣ- дѣніи которой находилась обвиняемая. Но если только преступленіе было доказано и личность пр е ­ ступницы установлена , о степени наказанія можно судить по другому дѣлу, тоже о волшебствѣ, не впол- нѣ, впрочемъ, аналогичному съ даннымъ. Въ 1749 году въ консисторскомъ заключеніи томился слѣпецъ деревни Лисицына, Мояіайскаго