235 рассмотрение его вне времени и пространства лишено смысла. У каждого времени свое пространство, а у каждого пространства свое время. Этот сформулированный мной тезис нашел подтверждение в одной из работ выдающегося современного историка А. Я. Гуревича, который в своей статье, посвященной специфики восприятия времени в знаменитой «Песни о нибе- лунгах» писал: «Эпическое время не линейно-непрерывное, оно прерывистое, и смысл, реальную наполненность приобретают только отдельные эпизоды, значимые для этого сознания». И далее он продолжает: «Столь разным временным слоям соответствуют разные территории, ибо в различных сферах пространства «Песни о нибелунгах» развертывается и протекает собственное время» [4]. Современные историки оперируют понятием «пространственно- временной топос», благодаря которому отрезок временной оси имеет конкретное пространственное воплощение. Исходя из этого, мы можем сделать вывод о том, что каждому культурному ландшафту соответствует свой пространственновременной топос, и культурный ландшафт является его отражением. «У каждой эпохи своя территориальная система культурного ландшафта, на каждом временном отрезке в ландшафт привносились свои ценности, стили и образы. Историческое исследование культурного ландшафта позволяет определить его исторические пласты с их характерными особенностями» [5]. При этом, следует подчеркнуть, что если понятие эпоха по преимуществу абстрактное, в то время как культурный ландшафт понятие материальное и конкретное. Развивая мысль А. Шопенгауэра о том, что между пространством и временем существует причинно-следственная связь, можно говорить о том, что эта причинно- следственная связь между пространством и временем осуществляется как взаимодействие между локальными процессами, происходящими в определенном пространственно- временном континиуме и процессами, имеющими историческое значение. Современный подход к культурному ландшафту, как особой организованной пространственной системе, позволяет по- новому взглянуть на проблему образования древнерусских городов. Следует подчеркнуть, что современный подход к проблеме формирования древнерусского города, получивший признание среди современных историков, архитекторов и археологов, близок к тому пониманию культурного ландшафта, который разрабатывается Ю.А. Ведениным. Общим для всех этих специалистов является рассмотрение проблемы в рамках широкого культурологического подхода и введением в научный оборот понятия «пространственность» [6]. Пространственность культуры входит в жизнь как реальный фактор, благодаря которому, среда становится связью, объединяющей воедино пространство, время, движение. Именно феномен пространственности во многом определил становление древнерусского государства. «В 9-10 веках два направления ....приобрели для формирования Древнерусского государства особое значение - коммуникации, связывавшие Балтику с арабским Востоком и Византией ( по волжскому и волго- донскому путям, а также по «пути из варяг в греки»), и менее изученные коммуникации по суше между Западной и Центральной Европой, с одной стороны, и Хазарией и тем же арабским Востоком —с другой. Именно на этот коммуникационный «ко-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4