217 бочностъ теории прибавочной стозгмосги (ценность товара создается не столько трудом работников, сколько потребительской стоимостью товара, п во многих случаях ценность и стоимость вообще не связаны с производственными затратами) н на предупреждение канцлера Бисмарка - «с этим бухгалтером мы еще намучаемся»). Сегодня уже не все представляют тогдашний накал страстен вокруг идей уче- ного-нов агора, тот вал критики Iподчас весьма изощренной и злобной), который сопровождал каждую его публикацию. Критика осуществлялась с раз.личных позиции - по поводу исторической достоверности фактов и толковании, спорности выдвинутых закономерностей развития этносов п истории, зыбкости научного фундамента -пассионарной■теории п т.д. и т.п. При этом идейные --расхождения-- Гумилева с акад. Ю.Б. Бромлеем (отражавшим официальную позицию марксистской науки н 1ДК компартии I, были .\ишъ видимой частью противостоявшего ему *оппо- иентского айсберга». Наскоки многочисленных -штатных критиков-- < марксистских позиций (вроде А.Г Кузьмина или писателя Б.А. Чивилихина, посвятившего критике Гумилева за его утверждения о симбиозе Великороссии с Золотой Ордой целый трактат), похоже, .'.ишь веселили автора. Особая роль в критике А.Н. Гумилева принадлежит «соловьям» ельцинской эпохи Ю.Н. Афанасьеву, А.А. Янову, Д. Шлядентоху (первый -вещал» из Москвы, второй - из Нью-Йорка, третий —из г. Саут-Бенд в штате Индиана). Что касается последнего, то методологический уровень его опусов вряд ли вообще заслуживает каких-либо комментариев. Больше публицистическими приемами оперировал и Афанасьев. А вот Янов апеллировал уже к научным методам анализа и в ряде работ демонстрировал уважение к «последнему евразийцу:-, о чем свидетельствует котя бы следующий его пассаж (со ссылками на других авторов): «Лев Николаевич Гумилев - уважаемое в России имя. Уважают его притом и ''западники’,которых он. скажем мягко, недолюбливал, и 'патриоты1, хотя многие из них и относились к нему с опаской. Бот что говорит о нем с восхищением в западнической 'Литературной газете1(2-4 нюня 1992 года) петербургский писатель Ге.\иан Прохоров: ''Бог дал ему возможность самому публично изложить свою теорию... Н она стала теперь общим достоянием и пьянит, побуждая думать теперь уже всю страну’. Андрей Писарев из 'патриотического" 'Нашего современнзта’ был в беседе с мэтром не менее почтителен: 'Сегодня вы: представляете единственную серьезную историческую шко_>у в России' [4. с. 152]. И все-таки мне кажется, что роль, которую предстоит сыграть Гумилеву в общественном сознании России после смерти, неизмеримо более значительна, нежели та. которую играл он при жизни -[1Э. с. 104]. Интересно отметить, что Янов - автор кандидатской диссертации ■>Славянофилы и Константин Леонтьев:-. Последнего —философа, религиозного мыслителя, публициста —Гумилев почитал в качестве своего учителем евразийства, который считал главной опасностью для России и других православных стран лпбера.-лзм (-■либеральный космополитизм») с его «омещаниваннем- быта и культом всеобщего благополучия. Леонтьев проповедовал ■>византизм* 31 союз России со странами Востока как охранительное средство от революционных потрясений. Несмотря на многие совпадающие элементы мировоззрения этого автора з! идей Гумилева, серьезной критики «учителя евразийства» в диссертации не содержалось. Многие исследователи творчества Гумилева прекрасно осознают тот факт, что наиболее острые критические стрелы в его адрес исходят от авторов, углядевших в нем сторонника ... «коричневости» и «брутального антисемитизма--. Но мы то - современнзтн Гумилева, представители раз.-лчных российских этносов, знаем, что это не так, что это самая настоящая инвектива -комплексирующих:- оппонентов. IАвторы лично знавшие Льва Николаевича, часто с ним беседовавшие, бывавшие у него на квартире на Московской у.шце в Петербурге, ни разу не слышали от него ни одного слова хулы в адрес евреев, да и в отношении хазар он говорил лишь в связи с теорией этногенеза, пассзюнарности и без какого-либо антисемитского «намека». Диссертационный совет, в котором мы совместно работали, наполовину был «еврейским:-, и нзз разу он не дал никому усомниться в своей интернационалистской платформе). На чем же основывает свою позицию тот же Янов? Может быть, на том, что Гумилев 175 отвергал общепринятую в современном мпре концепцию едзшой иудео-христианской традиции в пользу ее средневеково]! предшественницы, утверждавшей, что -смысл Ветхого п смысл. Нового заветов противоп оложны - [1, с. 106]? Но, подобная точка зоення не нова, она банальна, ее об-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4