b000002216

практиковавшиеся в неограниченно-широком масштабе „гос- подские работы“,—• барщина. „Отягощены работою“,— наи- более частый мотив жалоб; „налагает со излишеством"' тягости, и в работе мучит“; „замучены господской работой“> Эти господские работы, „за коими крестьянедля своих домаш- них продовольствий по малому посеву, безвременной уборке своего хлеба, многие совсем пропитания лишились", отчего некоторые, „оставя свои тягла, взошли в бобыли, „пришли в крайнее разорение и убожество“, ,,сыскивают пропитание мирскими подаяниями“. Вот характер экономического положения крестьян под тройным ярмом повинностей—денежных, натуральных и трудовых. В некоторых поместьях все три применяются вместе. Отсюда—неизбежное оскудение, пролетаризация, мирские захребетники, бобыли, что отмечается всеми жало- бами без исключения. Произвол помещика гакже доходиг до высшей точки развития, усугубляя экономический гнет и распространяясь в область семейных отношений крестья- нина. Так, помещица Титова переводит крестьян из деревни в деревню, с лишением движимого в пользу ее имущества. Помещик Константинов отбирает у крестьян „последнее строение с уграживанием побоями“, продает крестьянских детей, „безвинно наказывает плетьми до кровавых ран немилостивно“ . Га-же Титова облагает крестьянскую свадьбу сбором в 10—15 рублей и т. д. Вот такие факты, коим несть числа, заставили крепост- ного „явно открыть свое возмечтание, иіца себе свободы“ я отметили 1797 год полосой многочисленных крестьянских бунтов. Для всех их характерен их „жалобный“ мотив. Челобитье государю стало настолько широко практиковаться, что Владимирский губернатор был принужден издать приказ- (ІѴ-І^Э? г.), кОим воспрещалось чинить отложения от поме- щиков^ и „утруждать императорскую особу недельными просьбами' , в чем и была от крестьян отобрана подписка. В деле о Мугреевском бунте мелькает известие в доно- шении губернатора князю Куракину, что с 5 по 10 мая волновалось около ИООО крестьян в пределах губернии. Общий подсчет за 1797 год сделать невозможно, но и одна эта справка дает нам понятие о размерах, которые приняло движение в нашем крае. Наибольшим размером движение отмечается в Юрьевском у., это, нужно думать, об‘ясняется тем, что Юрьевский у. исключительно земледельческий и считается „самокормящим“, а потому коренные землеробы— Юрьевские крестьяне особо остро чувствовали разрушение своею хозяйства под усилением господских работ и вторже- нием фабричного производства, что и проявилось в полосе непослушаний, охвативших Юрьевскую округу гл. обр. в 97 г.; 32