b000002191

Прошло еще два года, и здоровье Юрьевскаго протопопа совершенно расшаталось. Въ февралѣ 1772 года Юрьевскіе соборные священнослужители донесли въ консисторію о происшествіи, которое знаменовало для Субботинскаго начало конца. 9-го февраля, писали они, протопопъ Н. Суб - ботинскій призвалъ насъ повѣстками къ себѣ въ домъ. При входѣ къ протопопу, мы увидѣли, что волосы на головѣ и бородѣ его были совершенно обрѣзаны. Встрѣтивъ своихъ сослужителей и под- чиненныхъ , Субботинскій прямо объявилъ о своемъ недостоинствѣ носить священный санъ, въ виду чего онъ и обрѣзалъ волосы, и сказалъ , что объ этомъ своемъ недостоинствѣ онъ самъ объявитъ Его Вы- сокопреосвященству . Дѣйствительно , докладъ Н. Субботинскаго не замедлилъ послѣдовать. Докл адъ написанъ человѣ- комъ въ больномъ состояніи и изложенъ въ высшей степени спутанно. Основная мысль такова. У него, Субботинскаго, давно уже я в ился помыслъ къ от- ложенію священнаго сана. Но онъ отгонялъ этотъ помыслъ, сомнѣваясь, отъ Бога-ли онъ. 7 февраля 1772 года этотъ помыслъ сдѣлался непреоборимымъ. „И хотя, пишетъ Н. Субботинскій, я и не зналъ о тъ Бога-ли онъ, потому ч то я съ того самаго времени, к акъ во мнѣ въ бытность мою въ семина- ріи случилась перемѣна, о которой небезъизвѣстно и Вашему Преосвященству , терплю частыя напа- денія отъ бѣсовъ, а наипаче отъ хульнаго бѣса, но, убоявшись суда Божія праведнаго, многихъ ради падежей совѣсти моея, остригъ власы брады и го- ловы своея, почему и нынѣ признаю себя ни къ какой должности неспособнымъ“.