b000002189

— 21 въ своемъ „зломыслiи", то „послѣдованiя для нихъ будутъ суть слѣдуюшия: 1-е что понесутъ разоренIе состояния сво­ его, 2-е что начальство принужденнымъ найдется приводить къ повиновению силою власти закономъ повелѣнною и 3-е удвоютъ гнѣвъ помещика своего, когда добровольно не со­ гласятся заблужденIе свое оставить". Имъ были прочитаны вѣрящее письмо, данное господиномъ ихъ поверенному Та­ расову, и В ысочайший Манифестъ. Въ отвѣтъ на всѣ увѣ- щевания крестьяне заявили, что они „помещику своему и воли его непротивны и работу его отправляютъ". Хотя, за- мечаютъ отъ себя предводитель и исправникъ, это „и дей­ ствительно правда, но и посредня (?) работа видна ихъ не­ покорность, ибо присмотра^ за собою ни въ чемъ иметь со стороны помещика нехотятъ*. Чтоже касается до перемены старосты, который „по всѣмъ видамъ" между ними „первый начинщикъ бунта", то крестьяне на это на согласились, го­ воря, что „имъ и этотъ хорошъ, коего они избрали, и по­ року за нимъ невидать". Однимъ словомъ они продолжали упорствовать и когда, по приказанию губернатора, предво­ дитель и исправникъ „покусились взять не только тѣхъ, кои значутся въ просьбе повереннаго, начальниковъ бунта", но и замеченныхъ здесь бывшихъ на сходе крестьянъ „изъ первыхъ противниковъ", то увидели „тотъ же часъ дерзно­ венный поступокъ всехъ крестьянъ въ предприимчивости отбитiя того крестьянина, который былъ поведенъ подъ стражу"; вей они „единогласно закричали съ великою гру­ бостью и отважностью, что они не дадутъ никого изъ своей собратии, сказавъ притомъ, что и умереть все готовы"1. При этомъ, какъ оказалось, были поставлены на колокольне кре- стьяне, съ тою цѣлью, чтобы въ случай надобности уда­ рить въ набатъ. Предвидя все это, предводитель и исправ­ никъ возвратили имъ взятаго крестьянина и остановились забирать и тйхъ, которые прописаны были въ просьбе по­ вереннаго, а „дабы недать чувствовать имъ съ нашей сто­ роны опасности по малоимѣнию команды и пристарѣлости солдатъ, коихъ на случай безсильное дѣйствiе не можетъ ни въ чемъ сделать обороны", то крестьянамъ объявили, что „будто хотѣли ихъ испытать повиновения къ помѣщику и къ начальству". Послѣ того снова старались они привести увѣщанiемъ крестьянъ въ послушанiе, но „уже никакое