b000002188

Намъ этотъ образъ описала; Давно Минерва намъ престрого наказала - Не смѣть сей образъ очертать,— На немъ ея печать! Я знаю, образъ чей ты мнѣ изображаешь, И самъ ли ты не знаешь, Что благость, и любовь, и мудрость, и доброту,— Всѣ совершенства---тутъ вмѣстить я не могу? Здѣсь живописецъ трудъ напрасно потеряетъ Сей образъ въ сердцѣ всѣхъ живѣе обитаетъ; А сердце чистое—признательна душа— Картина безъ меня вѣрна и хороша.— Ученикъ Словесности Павелъ Туберовскій Возстановленная честь сновъ. Дамонъ всѣ сны свои обманомъ почиталъ. Однажды онъ въ лѣску подъ тѣнью задремалъ; Морфей тотъ часъ ему Минерву представляетъ— Она его своимъ егидомъ покрываетъ: Видѣнье чудное явилося въ очахъ! Се свѣтло облако во пламенныхъ заряхъ, И тамъ-горя лучемъ средь сонмадивныхъ воевъ— Предивный образъ пролетѣлъ! Блеснули молніи Героевъ II громъ у Норда прогремѣлъ! Зарей увѣнчаннымъ явился Тотъ ликъ, которымъ озарился Въ ученьи—дѣтскій нашъ и юноробкій духъ. Минерва говоритъ Дамону въ слухъ: „Позналъ ли образъ сей, твоей душѣ извѣстный— „И ты ль молчалъ досель про подвиги чудесны? „Любови славенъ Онъ дѣлами,— „Спѣши ему еще цвѣтами „Украсить нова года прагъ,— „Онъ въ лѣто ново жизни входитъ! „Ужъ нынѣ вѣкъ тому проходитъ, „Какъ онъ живетъ въ сыновніихъ сердцахъ! „Въ них'ь жертвы пламенникъ курится „Къ нему признательныхъ сердецъ; „Добра, любви въ немъ образъ зрится „Онъ Пастырь, болѣе- Отецъ". Рекла—и небо освѣтилось Лучами солнца славныхъ дѣлъ!