b000002188

И если сколько просвѣщеньемъ Нашъ дѣтскій разумъ озаренъ; Симъ онъ щастливымъ озареньемъ Тебѣ, нашъ Пастырь, одолженъ. То правда, что луна сребриста И сонмъ небесныхъ всѣхъ планетъ, Отъ солнца краснаго, лучиста Заимствуютъ свой блѣдный свѣтъ; Подобно, наше просвѣщенье Есть отблескъ свѣта Твоего... Ты намъ съ восторгомъ, восхищеньемъ Льешь въ тысячи лучахъ его. Такъ! щастьемъ нашимъ услаждайся, Нѣжнѣйшій Пастырь и Отецъ, И духомъ мирно восхищайся, Зря пламенну любовь сердецъ. Блаженствуй навсегда, плѣняясь Улыбкой кроткою дѣтей И ихъ покоемъ утѣшаясь, Какъ нѣжности плодомъ Твоей. Прости мнѣ, Пастырь, дерзновенье, Что я въ торжественный сей часъ Дерзнула, при общемъ восхищеньи Возвысить юный, слабый гласъ. Хотя, скудны силы посвящаютъ Твои дѣла достойно пѣть; Но Музъ питомцы не престанутъ Къ Тебѣ любовью пламенѣть. Они не столь еще способны, Чтобъ мысли вѣрно изражать, - Сколь внутрь груди своей удобны Любови чувствія питать. Сатурнъ своей косой нещадной Ея не силенъ истребить, И самый Нордъ бурливый, хладный Сей жара, не смѣетъ охладить. Любовь давно Гебѣ, избранный, Достойный памятникъ святитъ; Не мѣдь, не мраморъ изваянный Тебѣ его изобразитъ.