b000002188

Е К Л О Г А Однажды вечеркомъ—иду я подлѣ рѣчки, Гдѣ кроткія паслись овечки; Съ улыбкою гляжу на струйки, берега И на зеленые луга; Иду тихонечко, ступаю—не ступаю— Плѣняюсь—слышу тонъ—вниманье устремляю; Смотрю—подъ ивою густою пастушокъ, Облокотись рукой на прочной посошокъ, Свернувши дудочку съ сучка, на ней играетъ, И тихимъ голоскомъ сіе онъ выражаетъ: Прекрасна жизнь моя—стократно я блаженъ! Отъ вопля, горестей, унынья отдаленъ; Трудовъ большихъ не ощущаю, А скуки и совсѣмъ не знаю; Отъ града шумнаго, отъ бури и дождей Хранюсь подъ ивою густой, прекрасной сей! Она-то мнѣ всего нужнѣе, Всего дороже и милѣе. Сей посохъ—спутникъ мой отрѣзанъ отъ нее, И эта дудочка ее, На коей нѣсколько я поиграть умѣю, Да словомъ—нужное я все съ собой имѣю! Теперь весна- какъ веселъ я! А ивушка моя Еще вѣтвистѣе и безопаснѣй будетъ, Еще ее прибудетъ! Взглянувъ сказалъ я: Боже мой! Какъ въ жизни сходствуетъ сей пастушокъ со мной: Я такъ же горестей незнаю, И я спокойствіе вкушаю, И мнѣ отъ буря, надежный кровъ— Отецъ хранить меня готовъ. Судите—Пастырь насъ покоитъ, утѣшаетъ; Пути ко щастью открываетъ; Его стараніемъ я наученъ владѣть Сей слабой лирою и мало мальски пѣть. Весь я, и жизнь, - Его,—что этого важнѣе? Но чувствъ не изъяснить что можетъ быть грустнѣе? Онъ въ новой годъ вступилъ а мнѣ теперь молчать? Сердечны чувствія скрывать? Пойду къ Нему теперь—скажу хотя, что умѣю: Желать лишь новыхъ силъ Тебѣ, Отецъ, я смѣю! Ученикъ вышшей Риторики Василей Аедоницкій.