b000002182

ПРІѢЗДЪ ВЪ ДЕРЕВНЮ. 127 Пріѣхавшій молодон баринъ не спалъ всю ночь. Онъ изрѣдка прнлегалъ, нераздѣтый, на диванъ въ гостиной, но затѣмъ вста- валъ опять н тнхо входилъ въ спальню бмьнаго. Кругомъ была мертвая тишина. Все спало. З а окнамп шумѣлъ вѣтеръ и густыя вѣтви лппъ лихорадочно бились въ закрои, выходившіе въ садъ , какъ будто жалобно и настойчиво просились впустить ихъ въ домъ, въ тепло и покой. Племян- никъ стоялъ въ дверяхъ, полусознательно смотря на тусклый огонь лампы подъ зеле* ннмъ абажуромъ, и чутко вслушивался въ чуть замѣтное дыханіе больнаго, сухая, ма- ленькая фигура котораго была обращена лицомъ къ стѣнѣ. Изъ-подъ одѣяла виднѣ- лпсь только пряди рѣдкпхъ сѣдыхъ волосъ. Утро начинало чуть брезжиться, когда мо- лодой баринъ задремалъ на диванѣ. Сонъ одолѣлъ его. Черные длинные волосы упа- ли на лидо, на которомъ отражалась уста- лость и какъ будто застывшая тихая, без- модвная скорбь Едва первый лучъ солнца проскользнулъ в'ъ окно сквозь густую чащу растеній, какъ молодой человѣкъ испуганно проснулся, полусознательно оглянулся кру- гоаъ и тотчасъ же пошелъ къ больному. Старикъ уже былъ мертвъ. Теперь лицо его, худое и желтое, смотрѣло вверхъ, въ потолокъ. Безцвѣтные сѣрые глаза его гля- дѣлп холодно и сурово. Молодой человѣкъ ощупалъ его пульсъ, при слутался къ груди и затѣмъ долго и внимательно смотрѣлъ въ его лицо. Потомъ онъ нагнулся, поцѣло- валъ умершаго въ лобъ и закрылъ ему глаза. Къ вечеру былъ доставленъ изъ города гробъ. По длиннымъ комнатамъ одноэтаж- наго помѣіцичьяго деревяннаго дома шла усиленная, хотя и сдержанная, ходьба. Чер- новатый, съ просѣдью, низенькій батюшка, вь старенькой зеленоватой ряскѣ , распо- Ряжался укладываніемъ тѣла въ гробъ. Да- ва« сдержаннымъ голосомъ приказанія нри- слугѣ, онъ отъ временн до времени гово- Р0лъ молодому человѣку: „Ничего-съ, не оезпокойтесь, все сдѣлаемъ, какъ требует- Ся--- Вы, конечно, молодой человѣкъ, — вааъ эти обряды неизвѣстны ... Н е безпо- коитесь!... Что-жь, мы съ полнымъ удо- вольствіеыъ..." ^Робъ съ тѣломъ поставленъ на столъ. ^ысокій, толстый дьячокъ , раскланиваясь а обѣ стороны, прпнесъ изъ церкви по- Ровъ ц подсвѣчники. Другой дьячокъ моно- нно читалъ въ иереднемъ углу Псалтирь. мужика—кучеръ въ бѣломъ фартукѣ, Рыжею бородой, и другой съ опредѣлен- Ну”ъ выраженіемъ въ лицѣ—стояли вытя- * ®ись въ дверяхъ и упорно смотрѣли на гробъ, какъ смотрятъ солдаты во фронтѣ на своего начальника. Тутъ же около нихъ, въ своемъ единственномъ изодранноыъ на- гольномъ полушубкѣ, терся старичокъ, прп- везшій вчера молодаго барина, и постоян- но нереходилъ съ мѣста на мѣсто, какъ будто онъ поминутно кому-то мѣшалъ. Ему постоянно говорили: — Нилъ, отойди!... Отойди въ перед- нюю... Ты чего тутъ, Нплъ, толкаешься?... Встань къ сторонкѣ! — Дѣлайте свое дѣло. Ничего, пичего, я не мѣшаю ,—отвѣчалъ старичокъ. Болыне всѣхъ хлопотала тяж елая, пол- ная женщина, въ платьѣ и платочкѣ. Она всѣмъ что-то прпказывала сердито, шепо- томъ, ходила изъ комнаты въ комнату, изъ дому во дворъ, со двора опять въ комна- ты. Проходя мпмо молодаго барина, она жалобно взглядывала. ему въ лицо я каж- дый разъ говорила: „Извините, батюшка... Ужь такъ ыы прошиблись, такъ прошиб- ли сь!... Все хлопоты эти ... Д в ам ѣ с я ц а д я - денька этто съ постельки не вставали... Оченно было ѵтѣснительно... А, вѣдь, у насъ пара лошадеп п экипажъ е сть ... И проницательно метнувъ взглядомъ въ молчаливое лицо молодаго барина, она сно- ва, въ неестественно-лихорадочной тороп- ливости, уходила. Батюшка надѣлъ энитрахиль и поправилъ рукава ряски и бороду, приготовляясь къ панихидѣ. Въ ожиданіи, пока дьячокъ заж- жетъ свѣчп, и приготовитъ кадило, онъ по- дошелъ къ молодому барину, сложивъ руки подъ эпитрахилью. — Какъ жилп въ тпшинѣ, уединеніи, одиноко, такъ й опочили,— сказалъ батюш- ка, указывая взглядомъ н а гробъ. — А рѣдко его навѣщали? — Очень рѣдко ... Вотъ ужь лѣтъ съ десять какъ бы въ забвеніи ото всѣхъ на- ходились... Только-что вотъ старые дворо- вые при нихъ были, да вотъ-съ мужичокъ этотъ ,—показалъ батюшка на Нила,— рыб- ку съ нимъ-съ по лѣтамъ ловилп... Лго- били... — А изъ города никто не навѣщалъ? — Р ѣ дк о -съ ... Вначалѣ-то еще наѣзжа- л и ... Конечно-съ, одинокая жизнь, хозяй- ственности ужь не было, чтобы, значитъ, гостей прннимать,— ну, и ... — А народъ какъ съ нимъ? Батюшка помолчалъ, незаыѣтно обвелъ глазаыи комнату и сказалъ тихо: — Н ар о дъ ... черствый народъ! Онъ вздохнулъ. — Добродѣтель, сударь, всегда такъ въ жизни награждается,— прибавилъ онъ и за- тѣмъ поспѣшно спросилъ:— Осмѣлюсь полю-