b000002181

5 8 к р е с т ь я н е - п р и с я ж н ы е . чать за него, подсказывали ему, вродѣ до невозможности высоко поднявъ голосъ, того: „Петька, не трусь ты; чего трусишь? прочиталъ оправдательный приговоръ. Пѣнь- Свои здѣсь!... Говори: ваше, молъ, высоко- ковцы, сидѣвшіе на скамьяхъ зрителей, были благородіе, виноватъ, молъ, точно, ну, а увѣрены въ этомъ приговорѣ, но все еще при семъ... Ты, родной, смѣлѣе". А когда боялись, что вотъ-вотъ предсѣдательствую- ихъ предсѣдательствующій останавливалъ, щій скажетъ: „Эхъ, вы! Развѣ такъ судятъ они говорили между собой: „Глупышъ еще!... здѣсь, по-мужицки?... Развѣ мужицкій здѣсь Не разумѣетъ, вѣдь... Что на немъ взять?" судъ?" Когда же предсѣдательствующій под- Присяжные, въ числѣ 12 человѣкъ, всѣ нялся и объявилъ: „Подсудимый, вы сво- были крестьяне. Можно было предполагать, бодны; можете идти куда угодно", сердце такъ какъ дѣло шло о поджогѣ, что защит- у Еремѣя Горшка и Недоуздка застучало, никъ отвелъ богатыхъ собственниковъ, а Посторонняя публика вышла. Мѣщанинъ прокуроръ, напротивъ, отвелъ тѣхъ изъ тотчасъ же, какъ ушли судьи, стремительно крестьянъ, которые казались на видъ „не- убѣжалъ „выжимать копѣйку". Дѣло „осво- хозяйными"; но какъ большинство изъ трид- божденія невиннаго" совершилось просто, цати человѣкъ, все-таки, были крестьяне, то Никакихъ восклицаній, восторговъ. ПѢнь- составъ исключительно и наполнился ими. ковцы и свидѣтели подошли къ Петюнькѣ. Только купеческій сынъ попалъ въ запасъ, — Ну, вотъ, Петька, и молись за нихъ чѣмъ и остался очень недоволенъ, такъ какъ теперь Богу,—сказали свидѣтели, показы- дѣло было для него неинтересное, а при- вал на присяжныхъ,—имъ скажи спасибо, ходилось „зря" быть внимательнымъ. Изъ — Бога, малецъ, Бога благодари! — от- нашихъ знакомцевъ вошли въ составъ суда: кликнулись присяжные. Бычковъ, котораго, по грамотности, вы- — Вотъ мы, братъ, какіе... такъ-то! — брали въ старшины, Лука Трофимычъ и прибавилъ, улыбаясь, купеческій сынъ и тоже одинъ Еремѣй; прочіе были незнакомы, и радовался, забывъ, при общемъ увлеченіи, въ число ихъ попалъ и мѣщанинъ. Недо- что онъ нисколько въ этомъ дѣлѣ не по- уздокъ и другіе пѣньковцы не пошли домой, виненъ, а сидѣлъ „въ запасѣ", а помѣстились на скамьяхъ, назначенныхъ — Ну, а теперь, Петька, въ деревню съ для публики. Пѣньковцы только въ концѣ нами собирайся. Опять заживемъ! судебнаго слѣдствія догадались, что подсу- — Я не пойду. димый-мальчикъ былъ сынъ „бѣглой ба* —Да куда-жь ты, глупый, пойдешь? бочки", а именно при показаніи одного изъ Вѣдь, такъ-то и на поселенье сошлютъ... свидѣтелей, сотскаго, поймавшаго его на Почему-жь ты не пойдешь? мѣстѣ преступленія, о „буйствѣ" и „яеоб- — Отца боюсь. стоятельности" его отца, отъ котораго даже — Отца не бойся теперь! Теперь онъ „женка должна въ бѣгахъ состоять вотъ сократился... Теперь кто-жь ему надъ тобой ужь пятый годъ"... Изъ рѣчи прокурора и власть дастъ? Теперь ты по закону слобо- защитника узнали они, что мальчикъ судится денъ! второй разъ, такъ какъ рѣшеніе перваго — Я птицу стрѣлять пойду... Ружье до­ состава присяжныхъ почему-то было касси- стану... ровано защитникомъ, но почему именно, они — Ахъ, ты, глупый!... Вотъ онъ—малецъ, никакъ не могли понять, ибо дѣло касалось такъ малецъ и есть... какой-то хитрой юридической формы. На- — А гдѣ у тебя, милый, матка-то? шимъ присяжнымъ, казалось, пріятно был< — Матка въ бѣгахъ. это случайное совпаденіе, и они весело не- — Вотъ и матку тебѣ разыщемъ мы,— регляпулись съ пѣньковцами, сидѣвшими сказали свидѣтели. въ числѣ слушателей. Тѣ тоже отвѣтили — Такъ, такъ. Мы и еще тебя порадуемъ: имъ какою-то мимикой, дескать: „Вотъ Онъ, пойдемъ съ нами — мы тебѣ ее, матку-то, Богъ-то!... Ты и гляди... Каждый день ба- покажемъ!—говорили присяжные, бочка понапрасну въ судъ ходила, ждала, — А гдѣ она? Она далеко, а нонѣ, когда для богоугоднаго дѣла при — Совсѣмъ близко. При насъ она жи- мужикѣ осталась, какъ нарочно Господь на ветъ. Она за тебя Бога упросила. Такъ насъ и навелъ... полосу-то“. Пѣньковцамъ вотъ всѣ къ маткѣ и пойдемъ. Господа ка- нравилось и то, что судъ шелъ скоро, безъ валеры теперь ужь тебя отпустятъ! всякихъ „смущеній‘. ^Прокуроръ и защит- — Нѣтъ, нельзя... Мы его должны въ никъ не „травились". Медленно выплыли тюрьму представить,—отвѣтили солдаты, присяжные изъ совѣщательной комнаты и — Зачѣмъ еще... али мало? тѣмъ же торжественнымъ шагомъ, какимъ — Мало. Пущай попрощается. Тоже въ обыкновенно идутъ въ церкви къ причастію, чужой одеждѣ нельзя. Казенное сначала вышли иередъ судейскую эстраду. Бычковъ, вороти.