b000002181

412 устой, часть іѵ. на смѣну . отъ времени до времени стуча по столу Подпалихи, исполнявшій по охотѣ долЖ- кулакомъ, неистово кричалъ: „Не боюсь! ность секретаря при старостѣ, большой лю- не боюсь!"—вскакивалъ и снова садился битель каллиграфіи, и поэтому приглашав- на лавку. Молодые мужики — Лимподисты, шійся на всѣ деревенскіе мѣстные сходы Лукашки, Хины, въ красныхъ рубахахъ, съ для писанія мірскихъ приговоровъ. Пригла- красными лицами — разражались громкимъ шенія эти всегда онъ принималъ съ велп- хохотомъ надъ купцомъ, пересыпая смѣхъ кою охотой, и какая бы у него ни была грубыми и дикими остротами.— „Врешь, ку- работа въ полѣ, онъ не могъ противустоять пецъ, забоишься!... Вре-ешь, отдашь!... За каллиграфическому искушенію: писалъ онъ мплу душу отдашь!... Ха, ха!... Порастря- мірскіе приговоры всегда съ замѣчатель- сете жпвоты-то!... Мы васъ предоставимъ нымъ стараніемъ, которое очень высоко всѣхъ въ лучшемъ видѣ...Вотъ, молъ, онн: цѣнили міряне, и большею частью безко- извольте получать... Ха, ха!... Какая есть рыстно, за исключеніемъ развѣ мірской вы- такая за ними правота? Почему такой гра- нивки, сопровождавшей большинство та- бежъ въ поземельномъ дѣлѣ идетъ?... Во- кихъ приговоровъ. Нравился онъ мужикамъ га мужичекъ долженъ забыть, а они, между еще и тѣмъ, что не „фордыбачилъ", не тѣмъ, брюха около энтой земли нагулнва- спорилъ, молча н внимательно узнавалъ, ютъ!... Да развѣ это по манифесту? а? въ чемъ заключалось дѣло, и затѣмъ уже Какой-такой манифестъ былъ у насъ, а вы, писалъ такъ, какъ ему Богъ на душу по- между прочимъ, что дѣлаете съ народомъ! дожитъ, истинно, „по вдохновенію". Словъ а?... Хо, хо, хо !...“ онъ никогда не подбиралъ, писалъ корот- — Вонъ, собачьи дѣти!... Во-онъ!... Кто ко, если ему говорили, что то-то надо при- посмѣетъ мое взять? Не боюсь!—кричалъ бавить, онъ прибавлялъ, и тутъ же кстати пьяный кутила. — Виномъ залью!... Не присовокуплялъ кое-что и „отъ себя", на боюсь!... что, впрочемъ, міръ никогда не сердился. — Хо, хо, хо!—гремѣли ему въ отвѣтъ Хоть оно и не кстати было, да отчего-жь десятки здоровыхъ кадыковъ, такъ что, ка- и не приписать, когда это Соснѣ (такъ залось, матицы трещали въ избѣ. прозывали писаря-земдедѣльца) доставляло — Пропустите... Выборныхъ пропусти- большое удовольствіе? Писарская практика те !— слышались въ сѣняхъ, наполненныхъ его, впрочемъ, не выходила дальше писанія спинами, голоса Евтроповъ. приговоровъ о передѣлахъ земли или о — Подождешь...Успѣешь!...—отзывались мірскихъ „заказахъ"—праздновать Тихвин- изъ избы. ской Божьей Матери въ теченіе трехъ — Не боюсь!—снова оралъ кутила.—Кто лѣтъ или не рубить лѣсъ до пятаго года мое возьметъ?... и т. п. Впрочемъ, съ неизмѣннымъ приле- — Возьмутъ, братъ... Хо, хо!... У казны жаніемъ и напряженіемъ, нисколько не деньги есть... Прогуляешься, купецъ, но превышавшимъ обычной старательности, онъ узенькой дорожкѣ... писалъ и теперь. Въ розовой ситцевой ру- — Видѣли?—вскакивалъ кутила н энер- бахѣ, какъ парусъ надувшейся у него подъ гичнымъ жестомъ совалъ въ воздухъ фигу, мышками, сидѣлъ онъ за столомъ, раздви- Все лицо его, обезображенное водкой, пе- нувъ, какъ крылья, голые локти въ длину редергивало и корчило судорогами. стола и низко приклонивъ къ нему бодь- — Видали!... Не въ первой! Хо! хо, хо!— шую, кудрявую, рыжевато-золотистую го- грохотала толпа. лову, выпучпвъ,'словно съ остервенѣніемъ, Почтенные, сѣденькіе и приличные ста- красноватые бѣлки глазъ, онъ писалъ, гром- ричкн сокрушенно покачивали головами, ко сопя мясистымъ носомъ. Ничто не сму- смотря на пьянаго кутилу, и безнадежно щало его, привыкшаго къ уличной, мірской махали руками. Несмотря на шумъ и гвалтъ, каллиграфіи; ни обычныя остроты и шутки тутъ же сѣдой старикъ что-то равномѣрно- пріятелей, хохотавшихъ ему „подъ руку", невозмутимымъ голосомъ, не повышая и не ни пьяные выкрики кутилы-купца, ни го- нонижая тона, уперевъ бороду въ колѣни, воръ сходки. Медленно, но твердо и увѣ- разсказывалъ другимъ двумъ мужикамъ, си- ренно, съ усиліемъ выводилъ онъ каждую дѣвшимъ по бокамъ его. Дверь и окна бы- букву, не задумываясь ни надъ однимъ ли открыты настежь. Миріады мухъ носи- словомъ (потому что писалъ онъ всегда не лись у потолка. Съ улицы что-то кричали „литературно", а такъ, какъ думалъ и го- въ окна; изъ оконъ отвѣчали туда. Въ не- ворилъ): онъ даже больше заботился о бук- реднемъ углу, около пьянаго кулака, стоялъ вахъ, чѣмъ о словахъ, большой сосновый столъ. За этимъ же сто- Прямо противъ писца зачѣмъ-то, плохо ломъ, на табуретѣ, сидѣлъ здоровый, коре- сознавая даже самъ, сидѣлъ, словно ушиб- настый парень, пріятель Лимподиста изъ леннный обухомъ, староста Макридій и, ни