b000002181

3 8 8 у с т о и , ч а с т ь іѵ . н а . с м ѣ н у . рядъ проектовъ, ей все хотѣлось устроить Провъ, лѣтъ сорока, мельникъ, суровый и на эти деньги богадѣльню и, въ то же вре- неразговорчивый, „бирюкъ", человѣкъ трез- мя, она боялась и не знала, кому довѣрить вый, добросовѣстный, умный, но крутой и свою тайну. Такъ долго, очень долго кони- вспыльчивый. Онъ всего годъ какъ вышелъ ла она деньги, пока не состарилась и не изъ тюрьмы, гдѣ просидѣлъ три года, при- умерла внезапно. Племянникъ ея былъ па- говоренный присяжными за убійство отца, рень очень добрый, недалекій; онъ хотя у безъ предвзятаго намѣренія, въ запальчиво­ сосѣда и прислуживалъ въ послѣднее время сти п раздраженіи. Отецъ его, прежде кру- въ лавочкѣ, но больше любилъ играть въ той большакъ большой семьи, послѣ раздѣ- бабки, бѣгать въ лѣсъ и вообще мало по- ла и паденія своего авторитета, „сбился съ давалъ надежды въ торговлѣ, хотя и вы- пахлей", запилъ и опустился до того, что учился грамотѣ. Послѣ смерти тетки оне- сталъ воровать. Такъ какъ онъ, по раздѣ- кунъ хотѣлъ его женить, для чего потре- лу, жилъ у старшаго сына Прова, то послѣд- бовалось поправить вторую избу тетки. Тог- ній, дорожившій своею репутаціей умствен- да-то и нашли въ ямѣ, подъ поломъ, нѣ- наго мужика, не могъ сносить отцовскаго сколько тысячъ мѣдной, серебряной и золо- „поведенія", тѣмъ болѣе, что его домъ но­ той монеты; но тутъ правдоподобіе легенды стоянно подвергался обыскамъ, облавамъ отъ прерывается н дальше уже разсказывается міра и начальства. Однажды, раздраженный, что-то невѣроятное и, притомъ, въ разныхъ онъ ударилъ старика хомутомъ—и старикъ варіантахъ. черезъ нѣсколько дней умеръ. Когда Митродоръ Графъ въ первый разъ Таковы были гости и пріятели Графа, а „зѣвнулъ", этотъ важный моментъ его жиз- вмѣстѣ съ нимъ и Петра. Вся эта компа- ни совпалъ съ его знакомствомъ съ однимъ нія, вмѣстѣ съ Петромъ, во всей окрест- богатымъ парнемъ. Что вышло бы изъ это- ности была извѣстна за преимущественно го знакомства раньше, когда Графъ еще „не „умственныхъ мужиковъ". Они жили до­ зѣвалъ",—трудно сказать, но теперь онъ до- вольно обособленною жизнью, имѣли мало вольно равнодушно посмотрѣлъ на деньги сношеній съ тою „деревенскою интеллиген- парня и, какъ умный человѣкъ, хотя п зѣ- ціей", преимущественно обитавшею въ во- вая, разъяснилъ парню, что есть на свѣтѣ лости, селѣ Добромъ, представителями ко- банки, которые не только берегутъ деньги, торой являлись бойкіе кулаки-коммерсанты, но и даютъ за это проценты, и этихъ про- или пьяницы, какъ кулакъ Маркушка, стар- центовъ дадутъ столь много, что можно шина, писарь, церковно-служители, адво- жить припѣваючи, а, между тѣмъ, деньги катъ, управляющіе п прочій людъ, заправ- останутся въ цѣлости... Этотъ парень (ему лявшій „крестьянскимъ самоуправленіемъ", тогда было ужь лѣтъ 30) былъ Кумъ. Со- Вся эта „деревенская интеллигенція" жила вѣтъ Графа освѣтилъ его, какъ солнце. Онъ столь безцеремонною жизнью, лишенною ка- разцѣловалъ его, назвалъ „отцомъ" и всею кой-либо умственности и даже внѣшней по- душой привязался къ Графу, за неимѣніемъ рядочности, что Петръ не находилъ никакихъ другихъ привязанностей. А скучающій Графъ побужденій сходиться съ нею близко, хотя тоже привязался къ нему: онъ не могъ не- и сталкивался „по дѣламъ", но сдержанно дѣли пробыть безъ Кума, безъ этой весе- и холодно. Графъ относился къ ней съ лой, шутливой, добродушной натуры. Графъ обычнымъ равнодушіемъ. Народъ же раз- шутилъ надъ нимъ, хохоталъ, любилъ слу- личалъ эти два аристократическіе слоя, на- шать разсказы о его похожденіяхъ и при- звавъ однихъ просто „грабителями",а дру- выкъ къ нему. гихъ—„себялюбцами". Да, Кума всѣ любили, любило даже на- Вскорѣ послѣ Пимановъ пріѣхалъ и Петръ, чальство, которое онъ потѣшалъ своею экс- а вслѣдъ за нимъ пришли два молодые че- центричностью; только послѣднее побаива- ловѣка, тоже родственники жены Графа: лось, какъ бы его когда-нибудь не убилп. одинъ обучался въ школѣ ваянія п жнво- И опасенія эти были справедливы: на Кума пней въ Москвѣ, другой былъ только что не одинъ разъ были дѣлаемы нападенія, и вышедшій изъ философскаго класса семи- только благодаря своей невѣроятной силѣ, наристъ. Оба молодые человѣка были одѣ- онъ успѣвалъ уходить цѣлымъ. Впрочемъ, ты уже вполнѣ по-цивилизованному, въ гла- палестина, въ которой жили наши герои, женыхъ сорочкахъ и черныхъ сюртукахъ, несмотря на близость промышленныхъ цен- и держали себя хотя непринужденно, но съ тровъ, была еще настолько патріархальна, достоинствомъ. Одного пзъ нихъ — худож- что Кумъ могъ вполнѣ разсчитывать про- ника—Митродоръ Графъ содержалъ на свой жить еще долго, изрѣдка только отдѣлыва- счетъ въ Москвѣ, а съ другимъ, котораго ясь кулаками. звалъ „ученымъ", любилъ, отъ нечего дѣ- Третій сверстникъ Графа былъ мужикъ лать, бесѣдовать; этотъ же „ученый", юноша