b000002181

3 4 4 УСТОИ. ЧАСТЬ Ш. МЕЖДУ старою и НОВОЮ ПГАЁДОЙ. — Вотъ то-то, дружокъ, и есть, — ска- ше, можетъ, въ Грачахъ или Пузыряхъ му- залъ опять Ермилъ, уже обращаясь исклю- жики пару голицъ нашли, да не раздѣ­ лительно къ Петру,— вотъ что опытные-то лятъ... Хвать, анъ мы завтра изъ-за этихъ люди говорятъ. Въ міру ни за что пору- голицъ въ тюрьму угодимъ!... Прямо съ читься нельзя, въ міру по своему ничего пиру!... То-то и сказано: отъ сумы да отъ не разсчитаешь. Въ одиночку житъ—одно, тюрьмы никогда не отказывайся, — заклю- въ міру — другое. Міръ—великъ человѣкъ, чилъ, улыбаясь, Ермилъ. хоть и изъ малыхъ людей. Какой большой — Полно пророчить-то пустое!—замѣтила человѣкъ ни приди, а міръ его побѣдитъ... Катерина Петровна. — Мина послушаешь— Бывалъ ли ты на большихъ базарахъ, въ ровно въ Божью церковь сходишь, а тебя, толпѣ? Заройся-ка ты въ эту толпу-то по- Ермилъ Петровичъ, послушать, такъ въ гуще п узнаешь, какая въ ней сила: ты пору въ гробъ ложиться да умирать! бы, по своему-то уму, хотѣлъ сюда, а она — Чего-жь отъ него и ждать?—добродуш- тебя тащитъ вонъ куда; ты бы вырваться, но засмѣялся Пиманъ, — вѣдь онъ изъ- а она тебя на уносъ. У тебя умъ, а у тол- подъ петли!... Онъ однимъ глазомъ на томъ ны свой, у тебя душа, а у ней своя... Пока свѣтѣ былъ, вотъ ему здѣсь и не ио нра- ты въ сторонѣ стоишь, потоль и въ своей ву все! силѣ, а попалъ въ міръ, глядишь, анъ сво- — Какъ такъ? — спросили удивленные ей-то силы на половину и нѣтъ. Потому и гости, для которыхъ это было, повидимому, сказано: міръ—великъ человѣкъ!... новостью. — Въ міру, что церкви, всѣ одному — А вотъ спросите его; коли захочетъ, Богу молятся,— поддержала Ермила Ка- такъ раскажетъ самъ. А не захочетъ — его терина Петровна, — всѣ поклонъ — и ты секретъ. Онъ мало кому довѣрялся въ поклонъ. этомъ,—отвѣтилъ Пиманъ, совсѣмъ смутив- — Міръ—сила; и радъ бы отъ нея от- шись, видя, что неосторожно сболтнулъ, биться, да невидимо сробѣешь,—прибавилъ такъ какъ старичекъ Ермилъ вдругъ за- Пиманъ. кряхтѣлъ, поднялся, отыскалъ свою шляпу — Міръ бываетъ поди всякій,— сказалъ и подогъ и сталъ собираться домой. Петръ, обращаясь къ Митродору Графу — Чего ты, Ермилъ Кузьмичъ? Да пол- (хотя онъ и слушалъ, что говорили прочіе, но... Вѣдь, я такъ, вѣдь, я пошутилъ,— из- но, видимо, мало довѣрялъ, и его больше винялся Пиманъ. интересовало мнѣніе Графа), — неужто-жь — Смотри, старикъ... Этимъ не шути! умъ дуракамъ покорится? Ой, не шути! Еще не въ монастырѣ, въ — Какая въ мужицкомъ міру сила?— міру живешь,—сказалъ Ермилъ, ни на ко- сказалъ опять сердито Графъ, — конечно, го не глядя, полушутливо, полусерьезно, дурацкая. пророчески и, постучавъ слегка подогомъ — Дурацкая, а все сила, — подхватилъ о порогъ, вышелъ, отвѣтивъ на всѣ упра- Ермилъ. — Тутъ не въ томъ, кто уменъ, шпванія остаться двумя словами: „Спа- кто глупъ (ты по моему уменъ, а по его сибо! Богъ васъ храни!" глупъ), а въ томъ, кто сильнѣе... — Что съ нимъ было?—спросили Ппмана — Это вѣрно,—сказали дѣти Пимана.— въ одинъ голосъ Графъ п Петръ, въ осо- Отчего-жь у насъ кто умнѣе, тотъ и отъ бенности Петръ, котораго, повидимому, эта міра бѣжитъ?... Отъ самой отъ этой отъ исторія Ермпла очень заинтересовала. Но дурацкой силы... Что съ ней сдѣлаешь, Пиманъ, боявшійся, какъ всѣ хозяйствен- коли она тебѣ жить не даетъ въ свое пол- ные крестьяне, какихъ бы то ни было вред­ ное удовольствіе?... Вотъ твой крестный, вѣщаній, имѣвшихъ отношеніе къ ихъ хо- Строгій, ушелъ, вотъ Митродоръ Василь- зяйственному спокою, долго не соглашался ичъ!... разсказывать. — Ну, что дальше будетъ, а пока тоже — Ну, да разскажи, полно! — сказали еще не далеко ушелъ. Глянь, гдѣ ни то за- дѣти .— Чего боишься? Чай, сломя голову, горится, и ихъ еще захватитъ: еще мужи- какъ Ермилъ, въ омутъ не бросимся, въ ки пока и они, — замѣтилъ Ермилъ. самомъ дѣлѣ. — Чего еще!... Отъ мужицкой глупости — Да что!—сказалъ, улыбаясь, Ппманъ,— не скоро отобьешься!—проворчалъ Графъ. самъ я не знаю хорошенько... Слышалъ смѣ- — То-то и есть... Всѣ подъ Богомъ хо- хомъ болтаютъ про него... да, можетъ, это димъ... Вотъ мы здѣсь то ли не въ свое одно и было... Былъ, вишь,онъ мужикъ крѣп- удовольствіе пируемъ да погуливаемъ, — кій, хозяйственный; семья у него трезвая, сказалъ Ермилъ изъ Груздей, снова берясь работящая, одинъ къ одному. Ото всѣхъ за тавлинку:—а кто е знаетъ? Можетъ, вонъ въ округѣ уважаемъ былъ; матерно въ жизнь тамъ, у кабака, а, можетъ, и еще гдѣ даль- не ругался, водки не пивалъ, ни съ кѣмъ