b000002181

3 1 4 УСТОИ. ЧАСТЬ III. МЕЖДУ СТАРОЮ И НОВОЮ ПРАВДОЙ. заповѣдный, и съ послѣднимъ крикомъ от- ныхъ монетъ, подошелъ къ ребятишкамъ... ца ихъ послышался хрястъ отъ паденья де- но,махнувши сердито рукою, вышелъ опять... ревьевъ. Испугались ребята и, въ сильной А на утро, чуть солнце поднялось, снова тревогѣ, забились за печку; слушали день съ гуломъ и гамомъ тотъ же „міръ" надви- весь, какъ но лѣсу гулъ и стукъ разносил- гался на лѣсъ, что вчера; только сегодня ся, какъ птицы кричали, будто жалобно съ ихъ избой не имѣлъ ужь онъ дѣла; тол- плача, носясь тучей надъ разоренными гнѣз- ны съ топорами, пилами валили одна за дами, какъ пѣсни и говоръ немолчный ско- другою все дальше, мимо поруби свѣжей, ро повисли вокругъ. На царство лѣсное вой- къ отступающему лѣсу. Скоро опять разда- ной шло царство мірское. лись гулкіе стоны и хрястъ подрубаемыхъ Поздній вечеръ насталъ и солнце давно сосенъ. Долго ждали Пиманъ и сестра, но спустилось за стѣну лѣсную, сквозь стволы ни отецъ, ни „міръ" къ ихъ избѣ не явля- пробпваясь снопами желтыхъ лучей, когда, лись. Прошли къ лѣсосѣкамъ бабы и дѣти, на смѣну уставшимъ, прибыли новые люди толпами неся уставшимъ въ кувшинахъ и съ цѣлымъ рядомъ порожнихъ подводъ: то кринкахъ квасъ, молоко, пироги. Голодъ были бабы и дѣти; шумно скакали онн про- сталъ мучить Пимана съ сестрой. И вышли хладной просѣкой, спѣша на подмогу мужь- онп изъ пзбы и, присѣвъ на брошенный ямъ и отцамъ, которые ихъ поджидали, си- пень подъ окномъ, стали плакать. Тогда дя на свѣже-обрубленвыхъ пняхъ. Скоро, подходили къ нимъ сердобольныя бабы: „гдѣ сложивъ на колеса сочныя бревна, а сучья же отецъ?"—говорили и, покачавъ головой, и хворостъ покинувъ на поруби, весело имъ по куску пирога оставляли, спѣшно и двинулся поѣздъ къ деревнямъ; ребятишки что-то между собою толкуя, торопясь къ верхами сидѣли на бревнахъ, молодыя дѣв- ожидавшимъ ихъ мужикамъ, ки и парни впередъ шли, съ громкими пѣс- А когда свечерѣло и вновь тронулся изъ нямн, а за ними отцы, тихо ступая, ус- лѣсу длинною цѣпью обозъ съ свѣжими брев- талые двигались. То былъ словно по- нами, а Пиманъ и сестра все сидѣли еще ѣздъ побѣдителей, возвращавшійся съ бит- у пзбы и плакали въ страшномъ смущеньи, вы, обремененный добычей. А на него, что ихъ снова однихъ покидаютъ, тогда про- будто украдкой, въ окно долго смотрѣли ходившій съ обозомъ народъ приставалъ воз- Пиманъ и сестра, у которыхъ любопытство лѣ нихъ и говорилъ: давно пересилило страхъ: никогда еще преж- — Неужли-жь однихъ покинуть ихъ на де они не видали столько народу... Вотъ ночь? Отца, впшь ты, съ ночи они не ви- онъ, этотъ „міръ", предъ которымъ суро- дали... Чего бы съ собой д ай съ ними онъ вый отецъ задрожалъ (онп не знавали, чтобъ не надѣлалъ? онъ когда передъ чѣмъ волновался въ ис- И, сказавши, входили въ избу, смотрѣли нугѣ), п застонало лѣсное, темное цар- и въ печь, и въ закуты, и нигдѣ не нашли ство... ничего изъ съѣстнаго. Когда же увидали Долго тянулся медленный поѣздъ, пока кучу монетъ на столѣ, всѣмъ на умъ подо- удалось ребятишкамъ выглянуть за дверь зрѣніе пало, что не даромъ лѣсникъ это и подсмотрѣть, что совершилось. Вмѣсто зе- сдѣлалъ. И, сговорившись, рѣшили всѣ въ леной стѣны, за которою страшное что-то голосъ: скрывалось, передъ ними справа и слѣва, и — На міръ!... Надо и деньги, и ребяти- сзади лежала равнина, а столѣтнія сосны, шекъ къ міру представить, будто въ испугѣ, далеко назадъ подались Услыхавъ это страшное слово, ребята опять и угрюмо смотрѣли на поверженныхъ брать- заревѣли: представилось имъ, что старики евъ. Долго стояли тутъ и смотрѣли Ппманъ съ бородами и палками сдѣлаютъ съ ними и сестра въ нѣмомъ изумленьи вокругъ—и то же, что и съ отцомъ. Однако же, ихъ на на равнину, зеленымъ еще и свѣжимъ но- воза носадили п, давъ по ломтю пирога, крытую хворостомъ, и на холмы съ дерев- повезли на деревню. Тутъ подъ вязомъ ста- нями, что вдругъ вдали открылись предъ риннымъ ихъ на бревно посадили, сказав- ними, и на пернатыя стаи, что все еще съ ши, чтобы ждалп они, когда сберется народъ, жалобнымъ крикомъ носились надъ порубью, Ребятишки, что улицу всю запрудили, встрѣ- ища разоренныя гнѣзда и клича побитыхъ чая стадо, сгрудились около нпхъ и съ лю- птенцовъ. Ночь наступила, а къ нимъ все бопытствомъ смотрѣли, какъ на волчатъ, при- не шелъ еще черный мужикъ, съ которымъ несенныхъ пзъ лѣса, нынѣ страшное что-то такое свершилось. Скоро начали къ нимъ подходить старики, Только ужь къ раннему утру, чуть загорѣ- и вотъ собрался снова „міръ", котораго лась заря, торопливо зашелъ онъ къ избу, словомъ однимъ, невольно сорвавшимся съ слазилъ въ подполье, вынулъ оттуда что-то губъ, научилъ ихъ бояться отецъ и видѣть въ мѣшкѣ, насыпалъ на столъ груду мѣд- въ немъ высшую силу. Сначала старики