b000002181

3 0 2 У С Т О И . Ч А С Т Ь I I I . М Е Ж Д У С Т А Р О Ю И Н О В ОЮ П Р А В Д О Й . ложбинѣ, кипитъ работа, кишитъ людской — Вишь, поворачиваются, ровно быки муравейникъ и немолчнымъ гуломъ гудитъ породистые! Что мужики, что бабы — на въ воздухѣ. подборъ!—говорили сосѣди, посматривая на — Ого-го-го!—заоралъ вдругъ переполнен- суетившуюся группу, укладывавшую по со- ный довольствомъ парень, взмахивая ру- сѣдству съ поставленнымъ скирдомъ днище ками, какъ крыльями, и вся деревенская для новаго одонья. околица откликнулась ему дружнымъ смѣ- — Что потрудишься, то и возьмешь! — хомъ. замѣтилъ Пиманъ. — О, жадный! Когда на него угомонъ — Это такъ. Въ васъ это качество есть... будетъ! Развѣ за „жадными" угоняешься!— Не даромъ васъ „жадными" прозвали... Ну, носится въ толпѣ. и еще я тебѣ скажу, почему ты счастливъ: А парню любо. Турманомъ скатился онъ потому ровенъ ты, завсегда былъ ровенъ... съ высокаго скирда, брякнулся о земь и Духъ у тебя завсегда былъ ровный, мягкій растянулся въ тѣни его. Усиленно дышетъ духъ... Вотъ но какой причинѣ ты былъ счаст- его грудь, поздри раздуваются, какъ мѣхи; лпвъ... Ужь не знаю—добродѣтель-то будетъ, глаза смотрятъ въ голубое небо; онъ ниче- нѣтъ ли, только это вѣрно, —говорилъ лохма­ то не думаетъ, онъ чувствуетъ одно, какъ тый старичекъ, постоянно прищуривая боль- подъ ннмъ какъ будто колышетси земля, и ные глаза, которые рѣзали яркіе, отражавшіе- подъ это укачиваніе по всему тѣлуперели- слотъ скирдъ, солнечные лучи.—Вотъ что вается истома; такъ пловецъ, усиленно ра- рѣчка: не трожь ты ее, не пруди — и те- ботая всѣми членами, выбирается, нако- четъ себѣ она тихо, мирно, какъ берегъ нецъ, на середину озера и здѣсь, надъ идетъ; холмикъ встрѣтитъ — обѣжитъ, къ бездонною глубиной, поворачивается на спи- овражку подойдетъ—сожмется, на лужокъ ну, распластавъ руки, и отдыхаетъ, тихо попадетъ—зеркаломъ ляжетъ... укачиваемый волнами. и Дѣдъ Ппманъ засмѣялся на рѣчи стараго — Слава Создателю! Убрались за благо- пріятеля, дяди Мина. время,—говоритъ низенькій лохматый му- — Вотъ оно тутъ н есть мужицкое счастье, жичекъ въ синей неподпоясанной рубахѣ, любезный ты мой, — продолжалъ лохматый подходя къ другому высокому и сутулова- Минъ Аѳанасьич ъ :— безъ ровнаго духу тому старику, стоявшему, опершись на ви- и хлѣбъ не сберешь!... Какъ онъ вотъ во ды, около скирда, съ котораго скатился всемъ ровный-то духъ есть, все и идетъ за- Пимаха.—Вишь, вонъ, глянь, холмы-то,— одно, сообща, сподручно, скоро... А какъ показывалъ лохматый мужичекъ рукой на ежели бптва пойдетъ, война, попадетъ рѣка желтую щетину оголѣвшаго жнива, — всѣ на плотпну или па крутизну, ну, тутъ му- сосѣди убрались разомъ, какъ одинъ чело- жицкому счастью не быть!... Мужичекъ вѣкъ. Вишь, деревни-то хлѣбомъ обстави- мпръ любитъ, спокой, чтобъ кругомъ его лись за одинъ день, ровно по приказу!— все свѣтилось, улыбалось, да радовалось: и и мужичекъ, вытащивъ кпсетъ, присѣлъ солнышко чтобъ свѣтило и грѣло, и земля на траву, поджавши ноги, и сталъ наби- была теплая, да мягкая, и людъ чтобъ вать трубку. былъ веселый, бравый, пѣсенный, и скоти- — Благодарить Бога! Полегчаетъ наро- на чтобъ бодрѣе бѣгала—вотъ то и спо- ду. Все веселѣй глянетъ,—сказалъ высокій рость будетъ мужицкому счастью!... Вотъ старикъ, подсаживаясь къ нему. почему мужичекъ п чутокъ ко всякой бит- — Ишь жадобный!... Надорвался! Лютъ вѣ ... Ему мало, что на огородѣ у него тп- у тебя народъ къ работѣ,—указалъ лохма- хо, ему чтобъ все кругомъ было свѣтло и тый старикъ на валявшагося около скирда радостно... Потому ужь ежели у сосѣда пло- Пимаху.—Счастливъ,™ Пиманъ Савельичъ, хо, и у тебя хорошему не быть: жди бѣды... счастливъ!... Такъ говорили почтенные мужики дере- — У насъ онъ, Пиманъ-то Савельичъ, за- венскаго міра, сойдясь близъ скирдъ всегда былъ счастливъ,—говорили, подходя „счастливаго" Пимана, побуждаемые тай- къ нпмъ, еще два мужика, отирая потъ п нымъ желаніемъ передать другъ другу то снимая платки, которыми были обернуты чувство общаго довольства, которое жило ихъ головы, чтобы не мѣшали въ работѣ въ эту минуту въ каждомъ изъ нихъ. А, волосы, да солнце не жгло темя. между тѣмъ, передъ ними кипѣла работа: — Какое счастье! Мужицкое счастье,— послѣ взрыва громкаго смѣха, говора и отвѣчалъ, улыбаясь, дядя Пиманъ. остротъ, вызванныхъ окрикомъ молодаго — Конечно, мужицкое!... А хоть и му- Пимахи-внука, все по околицѣ какъ будто жицкое—все же, вѣдь, счастье! стихло; но при воцарившемся молчаніи, ка- — Не стану Бога гнѣвить— наградилъ! залось, еще болѣе чувствовалась общая тру- Не отбивались пока отъ труда. довая напряженность, — напряженность