b000002181

1 1 4 В Ъ А Р Т Е Л И. ты!... Командиръ! Насъ никто такому пол- — Матка! Обидѣли!—крикнулъ онъ, по- ковнику не обязывалъ! валилъ ее на пару и сталъ цѣловать. — Какъ не обязаны? Разсердилась матка. Артель какъ будто — А ты вотъ что, ваше бл—діе, не пробудилась. кричи... А честь-честью, садись... У насъ — Ѳедька! что ты, мошенникъ, дѣлаешь? именинникъ... У насъ праздникъ... Коли а?—закричалъ Прохоръ Иванычъ.—Солдатъ ты человѣкъ хорошій, такъ ты извинись, артель обидѣлъ, а ты что? что нашъ обычай не уважилъ... Вонъ онъ, — А больше ничего: тащи штрафную именинникъ-то... Ты, вотъ, поздравь его четверть! Селифанъ Абрамычъ, приказы- честь-честью!—поучалъ Прохоръ Иванычъ, вай! — зашумѣла артель. — Ахъ, чортъ не- показывая на вошедшаго въ это время обстоятельный! что онъ дѣлаетъ! Вотъ ужь Турку. другой разъ на недѣлѣ примѣчаемъ... Что — Какъ не обязаны? — повторялъ двор- это за порядки! никъ, охаживая всѣхъ глазами. — Почтенные! вы этого парня накажите. — Такъ и не обязаны. Заболѣлъ водо- Чтобы впередъ этого не было, — сказала возъ — ищи другого... Еще мы съ тобой, матка, поправляя волосы и платокъ, дуракомъ, по-благородному... — Вѣрно, вѣрно! Тащите четвертную! — Кто такой дуракъ? Артельщики, казалось, были рады этому — Братцы, погодите, оставьте!—уговари- случаю, чтобы сорвать на Ѳедькѣ сердце валъ Селифанъ. — Вотъ что, Пантелей Ѳе- и выпить съ горя водки. дорычъ,— заговорилъ онъ дворнику, — мы — Бѣгите за водкой! Тащите въ его точно не обязаны... Мы тебѣ же хотѣли счетъ! Посылай, Селифанъ! услужить... Ну, а ты человѣкъ тяжелый... — Ахъ, охальникъ! — сокрушался Про- Извини... Вотъ тебѣ за недѣлю назадъ, что хоръ.—Посторонніе обижаютъ, а онъ своего у тебя больной забралъ,—получи... Мы бы Бога забылъ. Нѣтъ, тебя, сорванца, учить тебѣ ихъ и раньше отдали, да тебя пожалѣ- нужно Бога-то помнить. ли... Гдѣ, думали, тебѣ пріискать человѣка... — Вздуть бы его, братцы, кстати! Безъ работника тебя оставить не хорошо... Ѳедька забился на нары и гоготалъ. — Какія деньги!... Да развѣ вы такъ — Ишь, лѣшій, какъ его разобрало! смѣете—графской домъ безъ воды оставить? Четверть была принесена; всѣмъ подне- а? Кто же ее будетъ носить? сено по стакану. Ѳедька продолжалъ гого- — Самъ поноси... тать. — Че-ево? _____ — Поноси, почтенный, поноси... Зажи­ рѣлъ... И лучше тебя дворники носятъ... Было поздно. Въ артели все успокоилось. — А-ахъ, вы, голопузые... Стало все вдругъ какъ-то тихо послѣ го- — Братцы! что-жь это такое?... Вѣдь, у мона десятка голосовъ, послѣ общаго воз- насъ, кажись, праздникъ, обидѣлся и Турка, бужденія. Но вотъ я слышу — кому-то не — Ну, не хочешь честью — извини, — спится, кто-то возится на нарахъ, строго заговорилъ Селифанъ. —Артель оби- — Спишь, что ли?—спросилъ меня кто-то жать нельзя... Артель—не одинъ человѣкъ... шепотомъ. Ступай съ Богомъ... Мы завтра поговоримъ... Я ощутилъ чье-то дыханіе, отзывавшееся — Че-ево? — оралъ безтолково дворникъ водкой. и вдругъ накинулся на меня.— А это у васъ — Нѣтъ. Это кто? кто? Это чьи? — Это я ... Лежи,лежи...Я, вотъ, только — Ступай съ Богомъ, ступай! хотѣлъ... Въ голову, братецъ, мнѣ пришло... — Ладно же. — Что же такое? Дворникъ хлопнулъ дверью. — А вотъ что... У тебяпапироска-то — Ахъ, ты, Боже мой, — сокрушались есть? артельщики,— какой народъ! Бога забылъ! Я узналъ обстоятельнаго водовоза. Людской обычай не уважаетъ! — Почадимъ. Теперь ничего. А я тебѣ — Нѣтъ, что онъ со мной сдѣлалъ,— вотъ что скажу: останься у насъ въ артели, волновался Ѳедька.—Какъ, было я, братцы, — Что такъ? повеселѣлъ, а онъ, то-есть, всякаго удо- — Такъ. Я тебя полюбилъ. Да и всѣ къ вольствія лишилъ... Ахъ, чортъ, чортъ! тебѣ привыкать начали... Вотъ тутъ ду- — Развѣ это жизнь?—сомнѣвался Турка, ракъ-солдатъ, и тотъ наломался, а ты, да- Долго волновались водовозы. Вошла матка ромъ что сюртушникъ, за недѣлю нашъ и стала собирать со стола. Какъ вдругъ обычай не презрѣлъ. Ѳедька вскочилъ и схватилъ матку подъ — Спасибо. Да что-жь я у васъ буду дѣ- мышки. лать?