b000002180

кулирующие в курортной публике, чересчур преувели­ чены... Т ак как почтовый поезд сегодня, 15-го, еще не идет, то я откладываю письмо до завтра и иду на вокзал с Влад. Ив. и близкой компанией выпить стаканчик вина с именинником и послать к вам в Апрелевку коллективную телеграмму, чтобы дать вам знать о нашем благополучном здесь обстоянии. Вы, вероятно, из газет уже знаете о на­ шем изолированном здесь положении и, быть может, несколько беспокоитесь за нас. Нам и хотелось подать вам хотя какую-нибудь весточку. 16-го июля. Продолжаю письмо сегодня. Сейчас принес почтальон письма, и от вас опять нет нам ни одного. Будем ждать, не принесут ли вечером. Как и следовало ожидать, вчераш­ ний день прошел вполне спокойно, вопреки тревожным слухам, но поезда все еще ходят неправильно. Говорят, что сегодня, наконец, пойдут два поезда на Москву и на Баку, но неизвестно, кто их поведет, машинисты или сол­ даты железнодорожного баталиона. Употребление послед­ них для этой цели мало приносит успокоения в публику, и вряд ли многие рискнут поехать с такими поездами... ...В санатории мы живем хорошо, но скучновато: совсем не видать интересного, оригинального и идейного народа. Большинство все серенькие чиновники или переутомленные интеллигентные труженицы, вроде фельд­ шериц, учительниц и пр., которые так устали за долгую жизнь, что уже не до идейных увлечений или разговоров. И з кавказских аборигенов в санатории тоже решительно нет никого, а потому нет возможности даже поговорить с каким-нибудь очевидцем недавних крупных местных дви­ жений. * * * Я хотя и не состояла ни в одном из революционных кружков, но все же не могла стоять в стороне от рево­ люционной работы. Помню летом 1905 года неудачную маевку за Воробьевыми горами, на берегу Москвы-реки, когда по­ одиночке, глухими переулками стекалась сюда рабочая 405