b000002180

лицо выдает ее волнение. И как не волноваться: только вчера была оставлена ей на сохранение пачка нелегаль­ ных брошюр для учительской молодежи, разъезжаю ­ щейся на летние каникулы по деревням. — Сударыня, не волнуйтесь.— Жандарм очень веж­ лив.— Н а этот раз мы не к вашему мужу, а к вам, лично к вам. — Ко мне? — Да... Прочтите...— Жандарм протягивает матери письмо.— Вы, конечно, не будете скрывать вашего зна­ комства с писателем Астыревым. Не бойтесь: никаких не­ приятных для вас последствий от этого не произойдет. — Я не боюсь... Я беру ребенка... Идемте. — А ваш муж? Он ничего не будет иметь против этого? — Конечно, нет — Отлично. А через два часа мать возвращается, неся на руках го­ довалую девочку. Э то дочка Астырева от второго брака. М ать ребенка была еврейка, но девочка была вся в отца. С такими же голубыми глазами и светлыми золотистыми волосами. И мать и отец девочки арестованы. Родных нет, ребенка оставить не на кого. Родители девочки обратились к моей матери, так как знали, что она не откажет, как бы для нее это ни было трудно. Маруся, так звали маленькую девочку Астырева, про­ жила у нас около года. Мы все ее очень полюбили. М а­ руся же так привыкла к своей приемной матери, что когда впоследствии вернулась из тюрьмы ее родная мать, не хо­ тела ее признавать. Помню тяжелую сцену, которая разыгралась при первом свидании матери с ребенком. — Марусенька, родная, ведь я твоя мама... Е лена Марковна протянула руки. Девочка покачала головой и крепче прижалась к груди своей приемной матери... Когда же Астырева попыталась взя ть ребенка на руки, девочка ударила ее ручонкой по щеке. Мать не выдержала и разрыдалась. Через несколько дней Елена Марковна увозила с со бой Марусю в Сибирь. 391