b000002180

первые печатные труды, которые он исполнял с редкой добросовестной кропотливостью. «И охота тебе возиться с этим !» — сказал дядя. «Экий ты, б р атец !— отвечал он.— Ведь я за это получаю целых 30 рублей». Вероятно, в это же время он с той же кропотливостью начал свою первую большую работу о «Собеседнике Л. Р. С . » 22, вы­ звавшую, как известно, впоследствии неодобрение таких записных ученых, как Галахов, с которым после пришлось ему полемизировать23. Но еще раньше этого Добролюбов пытался выступить в роли критика. Т ак , по поводу статьи Боткина о Фете, он пишет антикритику, в которой доказывает всю необос­ нованность и пустословие так называемой «эстетической» критики 24. Затем он написал критику на статью Буслаева о пословицах25. Статьи он читал дяде в рукописи; обе они были проникнуты саркастическим тоном и вместе с тем свежим, здоровым взглядом на предмет и живым изложе­ нием, которое скоро создало ему имя в литературе. Тогда же дядя спросил его: отчего ты не напечатаешь? — «Ты думаешь, это очень л е гк о ?— сказал он.— Я уже пробо­ вал, отдал было статью о Буслаеве в «Отечественные з а ­ писки», а там не приняли, потому что в статье задеты Буслаев и Афанасьев, а они хорошие вкладчики в «Отече­ ственные записки »26. Т ак статья и осталась ненапечатан­ ной. Впрочем, это — ничего. Я через нее по крайней мере познакомился с Чернышевским» 27. Добролюбов передал дяде, что Чернышевский в то время работал при «Отече­ ственных запи сках »28, прочитывал статьи; ему-то и доста­ лось читать его статью. Он хотя печатать ее не велел, но зато захотел лично познакомиться с автором. Это был мо­ мент в высшей степени важный в жизни Добролюбова, окончательно определивший его будущую судьбу. Н а этом и прерываются заметки дяди о Добролюбове, которые он заканчивает такой общей характеристикой на­ строения в институтской жизни в последние годы. «Статьи Чернышевского в «Современнике» о крити­ ках гоголевского периода29 сделали популярным его имя и между студентами. Оно сделалось для них неразлучным с именем Белинского, о котором он стал говорить в то время, когда студенты института не могли в Публичной библиотеке взять «Отечественные записки» потому 326