b000002179

окон изб полосами через дорогу. Вместе с влажно­ стью поднимались и плыЛи по улице пары от свежего навоза. То там, то здесь со дворов слышались фыр­ канье лошадей, похрюкивание свиней и стук от уда ­ рявшейся, в темноте дворов, о стены скотины. На улице всякий звук слышался отчетливо, резко. Слышно было, как в одних избах ужинавшие хозяева говорили медленно, протяжно, прожевывая пищу. Только в боль­ шой шестиоконной избе Пиманов, освещенной кероси­ новою, висевшею с потолка лампой, от которой яркий колыхающийся свет широкою полосой освещал проти­ воположную половину деревни, слышался громкий разговор Андрона и Сергея, перебивавших друг дру ­ га, и старосты Макридия. Хозяева и староста сидели за самоваром. Вот навстречу Ульяне шел тихо кто-то пья­ ный, качаясь и едва двигая ногами, остановился, по­ смотрел на Ульяну и, выругавшись, прошел дальше. Вот от чьих-то ворот отделились две фигуры, вышли на середину улицы, и вдруг в сумерках раздались зву ­ ки гармоники. Это шел с кем-то, — но с кем именно, Ульяна Мосевна не разглядела, — наскучивший фабри­ кой Прошка. Он играл на гармонике, пел, говорил и смеялся в одно и то же время. — «Ах ты, удивительная, восхитительная! Из ку ­ сточков шла, сапожки нашла!» — пел Прошка и затем, захохотав, говорил: — Весьма хорошо вышло!.. Ве- есьма даже... занятно! Ха-ха-ха!.. А то заспались без на-ас... Да-а!.. Заспались, старички, без на-а-ас!.. И опять выделывал трели на гармонике: Ах, из кусточков шла, Сапожки нашла, Сафьянненькие. — И из-за чего, братец мой!.. Предположительно, что ровно не из чего... Так, истинно позаспались все... Кровь разбить!.. Д а ведь все... Старухи — и те... Хипа завозился... Разожгли старичков!.. — Все Борис, — сказал спутник. — Что Борис! говорю: заспались... Полировку надо было в кровь пустить... Конечно, тоска, скука здесь... Какое удовольствие!.. Это вот на фабриках: — выйдешь в праздники — музыка, песни, развлечение... А здесь... 487