b000002179

ленная скотина ищет хоть капли свежего воздуха, хоть клочка тени; она бросается в лес, но здесь облепляют ее мухи и слепни, и скоро, как очумелая, несется она вон из леса, вся как будто иссеченная иглами и прутья­ ми, с потоками струящейся по' груди и бокам крови... А солнце жж ет и жж ет неустанно: томительно-одно­ образно тянется день за днем в какой-то тяжелой исто­ ме; работа валится из рук; изнурительный пот ослабляет организм; труд становится каторжным; тяжко дышать и жить. Хоть бы какой-нибудь перемены! Л ад о молиться! Но вот и она. Тяжело, медленно подвигается она из неведомого далека. Крестится мужик, но в то же время душу его томит страшное предчувствие. Ее гнетет не­ известность, — оросит ли эта желанная, давно жданная туча благодатным дождем его опаленные нивы, или- про­ несется разрушительным ураганом и градом и уничто­ жит последние мечты и надежды. Пред Волчьим поселком, где дорога делала поворот из рощи, московский молодец М акар Карпыч приоса­ нился, поправил на голове картуз, подобрал вожжи, крепко натянул их, и статная сивая лошадь молодце­ вато пронесла приехавших через улицу поселка прямо к избе Вонифатия. Петр не успел д аж е раскланяться с встретившими его обитателями. Вонифатий, покряки­ вая и улыбаясь, бросился бегом во двор и настежь рас­ пахнул ворота. М акар Карпыч ввел в них под уздцы лошадь, а Петр суетливо стал вынимать из кузова тарантаса узлы. — Поди, поди, касатик, в избу-то,—говорила старая бобылка Феклуша, — мало ли здесь народу-то! Все внесут. — Нет, зачем же... Я сам... Мы сами. — Ну, милости просим... Пора, давно пора! Забыли совсем родную-то деревню! — ласково говорила Ульяна Мосевна, уже успевшая войти в избу Вонифатия, смах­ нуть с' лавок и со стола сор и выгнать наседку с цы­ плятами. — Ну, входите, входите! А вы, ребятки, про­ пустите гостей-то, — обратилась она к набравшимся уже в сенцы крыльца солдаткиным ребятишкам. Петр молча вошел в избу, положил на лавку узлы и фуражку и стал креститься. — Честь имеем кланяться! Вот и мы к вам!—громко сказал, войдя, товарищ Петра. ‘202