b000002178

чувствуемая всем существом тайна природы, какою была и эта —вся такая белая, разубранная, как невес- та, вся душистая, нежная и веселая яблоня, под кото­ рой мы сидели. Одно, впрочем, я знал тогда из этой тайны, да и то потому, что нам открыла ее сама Фи­ мушка, когда мы спросили ее, как она ходит и бега- ет —не упадет и не спотыкнется, как она всякую ямку и жердочку знает лучше нас? — А предо мной облачко ходит, —объяснила она.— Как встану, пойду, а облачко предо мной... Я и хожу- то не сама, а облачко меня водит, белое да светлое... Куда оно поведет, туда и я... И ни пред чем у меня с ним страху нет!.. И не только мы, малые ребята, не только легко- верные бабы, но и бородатые мужики, и сам дедушка, даже сами «барин с барыней» как-то боязливо и бес­ спорно верили, что пред Фимушкой ходит «белое облако», и водит ее за собой, и указывает ей путь,— если к кому Фимушка придет, то это значит, не сама она пришла, а облако ее привело. Да и сама Фимушка не только безусловно верила в это облачко, но она, может быть, действительно постоянно видела его пред собой. Если бы я в то время знал и видел больше, чем мог знать и видеть, я понял бы, откуда и как явилась эта легенда о «белом облачке» и какое большое значение имела она не только в жизни такого маленького и ничтожного существа, как Фимушка, но и в жизни других таких же ничтожных существований. Но понял я это только уже впоследствии, и, к стыду моему, довольно поздно. Не задавался я тогда вопросом и о том, какими образами жила душа этого убогого су­ щества, что за мир теней носился пред ее духовным оком, с тех пор как в самом рассвете жизни упала зловещая завеса между нею и озаренным солнцем ми- ром. Кто такие были для нее мы все из этого светлого мира и какими таинственными нитями душа ее была связана с нашими? Я не мог отвечать на эти вопросы, но вместе с другими я был уверен, что Фимушка не только знала и видела все, что делалось кругом, но знала и понимала лучше, чем все мы, и потому именно, что ей на все светило ее «белое облачко». Понятно,