b000002178

— Вы —героиня, Надежда Павловна,—серьезно прризнес, даже не без волнения, почтенный господин и отпил глоток вина. — Что за вздор! —вспыхнула Побединская,—Если вы, Василий Иванович, еще раз повторите эти слова, я с вами разбранюсь... Зачем кощунствовать! Какие мы герои? Если бы вы знали, сколько раз в моей жизни я роптала на свою судьбу, сколько раз мне, в глубине души, хотелось уйти, уйти от всего этого... на покой. Сколько раз я завидовала какой-нибудь барыне, которая спокойно, развалившись в коляске, мчится... И это —героиня!.. В таком случае скажите мне, сколь­ ко же героев живут там, по деревням, которые изо дня в день, из часа в час трудятся, не разгибая спины, не видя просвета... — Она еще, чего доброго, измучает себя угрызе- ниями совести,—сказала Петрова,—этого еще не- достает!.. — Клеветать на себя можно, —проговорил Василий Иванович. — Нисколько,—сказала Надежда Павловна,—я говорю правду... Какие мы герои?.. Мы все просто — люди своего типа, как пахарь —человек своего типа. — Прекрасно,—улыбнулся Василий Иванович,— это не умаляет его достоинств... И я повторяю опять: вам необходимо, обязательно —отдохнуть. Если вы не хотите воспользоваться моим... приглашением (тут Василий Иванович весь вспыхнул)... в поместье у моей матери, то во всяком случае... как-нибудь иначе... но только пора перестать торопиться... Это невозможно, это возмутительно!.. — Это дело не мое... Как велит судьба,—улыб­ нувшись, проговорила Побединская. — Надо бы, Василий Иванович, очень надо,—при­ бавила и мать,—да ведь точно... Все у нас от бога!.. Все в его руках!.. Надо его молить, чтобы он хотя на годок дал вздоху... — Потерпите, мама... Мы уже привыкли... Ху­ же пережили,—опять улыбаясь, говорила Побединс­ кая. — Вот и еще доказательство, что вам необходим обязательно отдых. Вы впадаете в какой-то мрачный