b000002178

— Скоро. — Ну, то-то! Ты от нас, смотри, совсем не уйди! В Семенках-то ведь хорошо жить, не то, что у нас... Мотри, как раз соблазнишься. Мою бабу с ребятиш­ ками не забудь. Плохо они поправляются, а мне неко- ли теперь присмотреть. Вот и девочкам тоже не впору. — Нет, не забуду,—весело ответила Морозиха. — Ну, так счастливо! Дай бог путь! —сказал му­ жик и протянул ей свою руку. — Вы вот здесь идите, —посоветовали им вслед девки, показывая в овраг,—Здесь прохладнее... А то изморитесь. — Мы и то хотели... Мужик и девки зашагали дальше. Спутницы хотели было спуститься в овраг. — Катерина Егоровна! —окликнул я. — Ах, это вы! —сказала Катя, приостанавли- ваясь,—До свидания. — Вы куда это? Далеко? — Да. Верст за пятьдесят. — За пятьдесят верст? —переспросил я. — Да. Что вы так смотрите? — Пешком? — Как видите. — И надолго? — Да... Вероятно... На неделю, на полторы... —Что же это вас побудило? — Да я вот с нею... — Матреной Петровной? —сказал я, улыбаясь Морозовой. Матрена Петровна Морозова, или, по-на­ родному, Морозиха —маленькая, но здоровая, хотя и с несколько бледным лицом девушка, уже в летах, как говорят,—то есть ей лет под тридцать, с чрезвычайно доорым лицом, по которому постоянно бегала чуть за- метная, добродушная улыбка, с большими черными умными глазами, смотревшими замечательно смирно и кротко,—стыдливо опустила широкие ресницы и зарделась. ' ' Так это вы вместе? — Да,—коротко отвечала К а т я ,- Прощайте! Катя подала мне руку серьезна, порывисто, почти с сердцем, а Морозова протянула несмело и все с тою