b000002177

менным молчаливым добродушием, Вахромей полусср- дито, недоверчиво. Последний тотчас же сел на порог двери, закурил трубку и, подж ав под себя ноги, попыхи­ в а я в чубук да сплевывая за дверь, стал настойчиво и хладнокровно смотреть на П етра. Одинаково внимательно и неторопливо исследовал он его лицо, затем жилетку, рубаху, штаны , сапоги. Он ни о чем не спрашивал, ни о чем не любопытствовал; повидимому, свои личные без­ молвные наблюдения он находил совершенно непогреши­ мыми и достаточными и считал ненужным входить в какие-либо расспросы. Хипа, напротив, вовсе не думал де­ лать выводов и наблюдений, а удовольствовался только тем, что полюбопытствовал посмотреть у Петра москов­ ские часы, повертел их в руках и бережно опять положил ему в жилетный карман. Сели было уж совсем за стол, но Ульяна Мосевна заявил а, что она нынче про всех готовила и что ради та­ кого случая нужно непременно крикнуть к общему столу и Сатира с Иваном Забытым . — К чему эту церемонность, тетенька? — опять не вы­ терпел и заметил Петр. — Лучше бы ноне без гостей... по- родственному. — Не гости они у нас, не гости, — свои люди... И тебе надлежит с ними общего хлеба-соли принять: вместе, бог даст, жить приведется, вместе и горе, и радость делить, — ответила Ульяна Мосевна. — К людям ближе — счастие крепче^его людей.то боишься? — круто и неожиданно спросил П етра Вахромей. Петр не отвечал. Пришли и Сатир с Иваном . Н ачался обед — чинно, продолжительно, степенно. Д аж е Вахромей, несмотря на свой порывистый темперамент, несмотря ка то, что и сам в другое время редко высиживал до конца обеда, нынче ел как нарочно, особенно медленно, о а обедом мало гово пили только один москвич рассказы вал до утомлен обстоятельно об удобствах московских конно-железных ^ Н а с т у п и л уже вечер, когда Вонифатий, Петр и М акар - К а р пыч порядочно-таки измученные, возвращ ались с о б х о д а п а л е с т и н Волчьего поселка. Московский,, молодец