b000002177

— Д а что, вот видишь... — начинает нехотя рассказы­ вать мужик. Филаретуш ка — весь внимание. Он поощряет мужика разными возгласами и в конце концов бесповоротно ре­ ш ает, что «■нужно подавать, выше нужно подавать!» — Д а что тут подавать? Сказано уж . — К ак? Почему? Кто сказал ? П од авать нужно. Глав­ ным делом — подавать! Пиши доверенность, пойдем в ка­ бак, а там и в волость, рукоприкладство совершим — и ш абаш . — Д а не стоит! — Я за тебя... Понимаеш ь — я? Ну? Р а зв е тебе не все равно?.. Выгорит — наш а взяла!.. Так ли? Ставь полу­ штоф... Вот и мужичков угостим... Валяй!.. Они уж меня знают... Ты откуда, из Д ерюхина? — Из Дерюхина. — Ну, значит, к П авлу Васильичу... П авел Васильич у вас мировой-то? 1 — Он, он самый. — Ну, вот, знакомый! Валим в кабак... А на меня на­ дейся, меня здесь знают. М ужик чешет затылок, потом вопросительно посматри­ вает на дерг ачевцев. — Ничего... доверяйся с господом... Мы его знаем, Чижика-то... Он, брат, не обманет... Он не из корысти... М ужик поддается, пишет доверенность — и Филаре­ туш ка начинает иск у мирового. В первое время адвокат­ ской деятельности Филаретушка был у мирового вроде горохового шута. Н ад ним потешался мировой, х о х о т а л и писаря, помещики «из публики», но Ф иларетушка только отмалчивался да потел и вытирал лицо большим синим платком, а когда уж слишком обиж али его писаря, он крикливо ругался и д аж е драл ся. П ользуясь его незн а­ нием «мировой казуистики», очень часто мировой судья и писаря заставляли его нарочно проигрывать заведомо вер­ ные дела. И нужно было посмотреть в эти минуты на Филаретушку! Он так искренно горевал на свое незнание, так искренно сокруш ался о своей доле, которая не д ал а 1 М и р о в о й — в ц арской России судья первой инстанции для р азб о р а м елких д ел ; и зб и рался из лиц, им евш их определенны й иму­ щ ественны й ценз.