b000002177

общ ий язык. Д очь Пимана Анна охотно и с общ его одобрения всех Пиманов выходит зам уж за кулака Петра Волка, отказавшись от своего возлю бленного Яни — сына бедняка Мина Афанасьича, как в свое время мать Анны — Катерина Петровна —, отказалась от лю ­ бимого ею Мина Афанасьича ради «хозяйственного мужика» Пимана. Охотно и часто бывают Пиманы в гостях у своего зятя — кулака П етра. И х связывают с Петром и его богатыми друзьями общие стремления и интересы: «взять к рукам барский лес, открыть пиль­ ный завод, паровую мельницу» и т. д. Так «.артель» Пимана далеко и невозвратно уходит от идеальных дедовских «устоев», втянутая в круг интересов, имеющих чисто капиталистический характер. «П равда» новой, капитализирующейся деревни стихийно и властно прорывается на страницы романа, беспощ адно разоблачая народнические утопии об артельных и общинных «устоях» деревни и «социалистических инстинктах» крестьянина. Р ассуж дения Пим а­ нов и «благомысленных» людей об «общем благе» оказываются несостоятельными при первом ж е соприкосновении с жестокой ка­ питалистической действительностью. Писатель-реалист берет верх над п исателем-народником. При тесном соприкосновении с жизнью крестьян Златовратский теряет серу в «устои», в незыблемость крестьянской общины в современной ем у деревне. Он делает попытку беж ать от капиталистиче­ ской действительности пореформенной деревни в прошлое, в дореф ор­ менную, патриархальную деревню . Глава романа «Сон счастливого мужика» раскрывает перед читателем картину мирной жизни д ор е­ форменной деревни, укрытой от власти царя и помещиков в глухих л есах Вальковщины. Здесь царят законы, устанавливаемые патриар­ хальной общиной, миром. Н о беспощ аден и сур оз был этот мир, страшен своей жестокостью , хотя были в нем, по заверениям автора, «и защита, и сила, и правда». И несмотря на свое стремление нарисовать «Золотой век», и зо­ бразить идеальную общину, основанную на принципах добр а и спра­ ведливости, Златовратский опять-таки вольно или невольно показал читателю весь «идиотизм деревенской жизни», показал старозавет­ ную деревню , страшную старообрядческой ограниченностью и д р е­ мучей косностью. В романе «Устои» писатель констатирует конец «райского жития» в дер евне Д ергачи, - действительно, только во сне м о­ ж ет присниться этот «мужицкий рай» с его «тишиной и благооора- зием»! ^ Златовратский показывает, как Дергачи и Волчий поселок стано­ вятся ареной острой борьбы м еж ду старыми общинными традициями