b000002177

которой была последняя. Несмотря на неудачу первой по­ пытки к примирению , сделанной им в медовый месяц под наплывом чисто романтических чувств, он теперь снова решился на ту ж е попытку, хотя уж е не пошел к ним сам, а подослал отца. Когда ж е и эта попытка не увенчалась успехом, он окончательно обозвал своих дядьев юроди­ выми и начал искать свою публику среди других; по ука­ заниям опытного, умного, но ленивого Митродора Графа он нашел ее в «хозяйственном мужике». Конечно, Петр лично все эти неопределенные попытки и искания объяснял одною практическою стороной; даже визит в Д ергачи к Пиманам и знакомство с Аннушкой представлялись ему не чем иным, как «делом», простым практическим расчетом, но в сущности это было искание почвы в массе, поиски за признанием его, Петра, правоты, без чего сын народа жить не может. Н есмотря на не совсем удачный сегодняшний визит в Дергачи, он тем не менее чувствовал в душе удовлетво­ ренность: он открыл «людей массы», с которыми связь его несомненна. Но еще прежде хозяйственного мужика порадовала его находка Ефима. Ефим был столь ж е необходимое дополнение к Петру, как З а х а р к Обломову. И ни с кем еще Петр не спускался до такой непринужденности беседы, до такой ф ами льяр ­ ности и д аж е искренности, как с Ефимом, хотя, впрочем, по своей крайней недоверчивости, не смотрел сквозь пальцы и на него. Пока ставился самовар, Петр все время мечтал о слиянии с «хозяйственным мужиком»; больше всего ему нравились дети П им ана — Андрон и Сергей; нравилась К атерина Петровна, так много н ап ом и н авш ая тетку и в то ж е время более сподручная с практической точки зрения; нравилась Аннушка, хотя она и вела с ним себя очень странно... Нравились все Пиманы , и сам ста­ рик, а всего больше приглянулась эта стойкая, трезвая, упорная трудовая гармония... И в это время ему предста­ вилась его собственная усадьба, его отец, Сиклетея с ре­ бятишками, хозяйство, которое было заправлено на хоро­ шую ногу, но все как-то больше смахивавш ее на трактир, чем на оживленную , дружную , единодушную гармонию «своих людей». Он взглянул в окно: один за другой, пока­ чиваясь, плыли по стенке под окнами, по направлению к