b000002177

Все так ясно понимали эти вздохи, что никто и не д у ­ м ал о них спраш ивать у Прасковьи , а тем более р а с ­ спраш ивать ее о том, что было, т ак как, наверное, от нее услыхали бы больше причитаний и крепких слов, чем дела. —- За-аду -уш у ... всех за-аду-ушу-у!.. Вот как возьму, к ак поро-сенка... — ворчал между тем Хипа, сидя на л авк е и склонив беспомощно держ авш ую ся на шее голову. Он вы тягивал к у л а к и, скрипя зубами , что придавало его широкому, добродушному лицу больше комическое, чем устраш ающ ее выраж ение, — показы вал вид, как бы д у ­ шил поросенка. — Сиди! — крикнула на него Прасковья. — Ворчи там! Н аж р а л с я зелья-то и развозился, что пьяный мед­ ведь!.. Д о в а ли в ал ся бы уж до берлоги-то!.. Задушиш ь!.. К а к же! П ередушиш ь их всех-то, ненавистников!.. Р а зв е ■сами себе горло перегры зут — одна надежда! — Пере-е-душу-у! Всех передушу! — вдруг заорал Хипа, протянул руки, оглянул всех мутными глазами , вскочил и опять повалился на л авку . —• П одай их... А-а! По-о-длые души... Вишь, за окном прячутся... Я вас ра- зыщу-у-у! — ворчал он с неизбежным уснащением каждой фразы целым потоком крепких слов. — Али его кто раздразнил? — спросила Ульяна Мо­ севна. — , Кто? Известно кто!.. П етрушку увидал... — Д а р а зв е он приехал? — опросила с невольным изумлением Ульяна Мосевна, так к а к известно, что Петр в Д ер гач ах со времени приезда из Москвы и поселения в барской усадьбе еще не зая в л ял ся . — Д а к кому он? С кем? — К кому? Не к нам ... небось! Рыло-то тож е, чай, стыдно показать нищим-то... Они по нас не ездят... К П и ­ м анам проехали, на праздник, вишь, с Графским Митро- дором... — Зач ем он? — все с большим недоумением спраши­ в а л а У льяна Мосевна. — А я почем знаю !.. Спроси поди!.. Что им, подлецам ! Е зд я т в ш ар аб ан ах д а нищим гл а за мозолят!.. Им что! Им еще любо, что у нищих-то от зависти слюни текут, на них глядя, что они от злости в к аб аке винищем поло­ скаю тся... Им что, подлецам!.. Не их бокам достается...