b000002177

— Тятенька!.. Алеша!.. Батюшка!.. Алеша!.. Борис Пиманыч! — голосила Паша. Все эти выкрики, сопровождаемые каким-то усилен­ ным пыхтением: «Стой!.. Па-а-га-ди!.. Нет, не смеешь!.. Да-а-вольно!..» — неслись от ворот. — Батюшки, никак дерутся! — сказала в волнении Катерина Петровна и бросилась вслед за Андроном и Сергеем, бежавшим на помощь отцу, к воротам! — Надо уехать задами, — тихо сказал опытный Граф и спустился во двор к лошади. Петр и Аннушка случайно остались в сенях одни. Как у вас гуляют, — проговорил Петр с легкою на­ смешкой, — приятное времяпровождение! Аннушка была самолюбивая девушка и при том дерз- -кая и грубая. Какие есть! Не вам чета: по струнке не ходим! — дерзко сказала она, вспыхнула и убежала в горницу. °Десь она села на лавку и заплакала слезами негодо­ вания, стыда за своих и досады на чужих. Петр остался один и с секунду не знал, что делать, когда вдруг ворота на улицу распахнулись, и он увидел безобразную сцену: на улице переливалась толпа, над ко­ торой висел целый гомон голосов; у самых ворот стоял старый Пиман, которого Петр не узнал: он как-то весь выпрямился, правый рукав рубахи был засучен, ворот разорван, глаза сурово, зверски смотрели из-под седых бровей; теперь он стоял, опустив обе руки, и усиленно дышал своею старою, провалившеюся грудью Между тем в стороне у ж итницы возилась около каких-то мешков целая куча тел. Петр заметил тут Андрона, Сергея Пи- маху-внука (в особенности бросился ему в глаза молодой Пимаха-внук, остервеневший, как волчонок, и постоянно с засученными рукавами красной рубахи бросавшийся между кем-то высоким и отцом с тем же беззаветным ухарством физической удали, с каким некогда он погло- ^ ет Г п и м ^ СааМОда? еНИЯ’ навнвал стога)- Пот°м он видел лим ан а — Алешу, рвавшего на груди рубаху кои- ньГГпГо°лбоппмИраЮЩИМ голосом’ ругавшегося невозмож- „ Р0М СЛ0В и в то же вРемя заливавшегося сле- на меш2°Рп® Т0КЛИ П° еГ° ЛИДУ Р6К0Й- 0н то налетал мешки, отоивался от жены, тащившей его сзади тп летел кубарем, оттолкнутый в