b000002177

умом Мина Афанасьича! Тем менее могла заподозрить его К атерина Петровна. Все опять стали прислуш иваться к разболтавшемуся Мину. . — Д а вы, старики, сам и знаете, на кого я м екаю ,— отвечал Мин Афанасьич, —■на немца, вот на кого!.. Помните, ж и л в Хопрах, в граф ском именье, верст от нас за двадцать, управляющ ий ... Чать, не забыли , как барыня наш а, овдовевши, об немце мыслями сбилась и уж совсем было зам уж вышла... да!.. А мы не пустили!.. — Помним, пом н им !— засм еяли сь старики. — Ну, вот... про него я мекаю!.. Слыхали мы об немце и раньше, да так, мимоходом... Заходили оттуда к нам мужики, кое-что говорили, и во всей стороне об немце шли слухи, — д а н ам тогда было оно ни к чему... А вот как прослыш али мы от Савельевны , что барыня наш а об немце болеет, взял я тихим манером , да и зак а­ тился в Хопры поразвед ать получше: что там и как у немца живется народу... Ну, посмотрел!.. «Как, — спро­ сил мужичков, —- братцы , живете: как хлебец, ско­ т и н к а ? »— «Мы, говорят, н е знаем : вот немца спроси!.. Мы уж давно, говорят, не имеем ни в чем своей воли, нет давно уж у нас своей полосы ; давно уж е мы хлебушка сами не ростам , скотинушку не холим в дворах, нет с землей переделов и поравненья... Р аботаем мы по звонку, по часам ; ровно солдат, нас выгоняют в поля; по приказу мы пашем и сеем, скотина у нас вся на скотном дворе; ходят за ней по наряду наш и бабы ; по часам , по мере да весу выдают ей и пойло, и корм ... Т ак ж е и в поле: косят и пашут машина д а плуги; л у га и леса не бож ьею благо ­ датью произрастают, а по немецкому указу , — засеваем мы их, как поля, семенами... Сущ ая каторга здесь!.. Нет ни воли тебе, ни к чему не приложиш ь ума своего и охоты... К ак солдаты , по команде вертимся!.. К ночи вер­ немся домой, голова — как чугун, все в тебе ровно око­ стенело, словно скотина: только б до корму да до соломы дорваться; наелся и спишь, как убитый... А наутро, как скотину ж , опять выгоняют!.. Т ак и идет: нет вкуса ни в чем — ни в куске, ни в питье, ко всему равнодушны... Д авно уж нас всех одолела тоска: сколько из нас пере- д а в илось на петле, сколько б еж ало от машинного хлеба...» Так мои мужики говорили; меня ж вчуже страх обуял...