b000002177

П арень подходит к лошади старика и, молча сняв к ар ­ туз и затем опять плотно натянув его на курчавую голову, начинает взнуздывать лошадь. Но едва успевает, кряхтя, старик поднять ногу на ко ­ лесо, чтобы залезть в телегу, как около него раздается голос смиренного мужика. — Иван Федотыч, будь добр — на минутку бы... З а ­ гляни, сделай милость! — Ох, что у тебя? — Посоветоваться бы... Такие дела, такие дела — не приведи господи! А-ах!... — отчаянно машет рукой мужик. Ладно. Зайди ко мне. Приходи как ни то... Д а когда мне ходить-то? Ведь до тебя-то, почесть, пять верст будет! А дело-то кипит!.. Сделай милость, з а ­ гляни ко мне... „ ~~ Эх! — крикнул старик, — спинушку разломило... Печки просит. Ну, ладно! Заеду уж... — Так верно? — говорит обрадовавшийся мужик. ерно, верно... Эх! Теперь заедешь, того гляди до ооеда не выберешься, — опять кряхтит старик, залезая в телегу. и™* смиренный мужик трусцой пускается беж ать в село ™ ' успеть раздобыть самовар, купить на пятак серебра чаю с сахаром в лавочке и баранок и достойно принять «благомысленного» старика. принять Иван Федотыч — один из «благомысленных» людей добросельского мира. Весь век жил «по правде» прел не правдой был «крепок», «бога помнил», умел ’ во время «отрешиться» от зла и уц ел еть— вот ^ в о в р ем я Это была вы сш а я хуггя , 1 " СНИМали мужики шапки. «по старине», в синий с а р а Ф а н ^ й ™ сутуловатая> одетая ный кафтан арафан , в большие «коты» и в чер- лая, но еще старая°Л> 1 ^ н т черным платком, ножи- смотрело ее тшпп- г п <енщина, степенно-серьезно и морщины по лбу! Луоокие складки леж али по щекам