b000002177

с толстыми белыми, масленистыми голыми руками , обви­ вавшими его шею... И потом опять П у га ев, опять про­ пасть — и т а к бесконечно. Ещ е было темно, когда он, с тяж елою головой, с дрожью во всем теле, проснулся от к а ­ кой-то боли... Только теперь он узнал ясно, что был болен. У Д рекаловы х шли праздники чуть не каж дый день. Господин с роскошною бархатною бородой сидел у них уж е с утра до вечера. Аполлинария П етровна не снимала своёГо парадного чепца, И ван Степаныч — вицмундира; Вера и Л и за были заняты то какими-то чрезвычайными приготовлениями, то развлечением нового гостя. О Петре нейэгда было и вспомнить. Только И ван Степаныч часто, про себя, вспоминал его и тер зал ся какою-то, очевидно неприятною д л я него, мыслью. Он иногда по утрам ездил куда-то искать денег, но всегда при езж ал или ни с чем, или только с таким количеством, на которое можно было купить лишь приличное угощейие для будущего зятя. Впрочем, вспомнили его и еще по некоторому поводу: Фе­ досье было строго н ак азано не подавать барской посуды Петру. Б р е згли в ая Вера боялась «заразы » от больного мужика, «который мог бог знает что принести с собой». Утром, в одно воскресенье, Петр, пош атываясь, с не­ естественно возбужденным выражением на лице отворил дверь в зал у и остановился на пороге. Все были изумлены его неожиданным появлением и расстроенным видом-: он к а за л с я выпившим. И ван С тепа­ ныч смутился, а за ним смутились и Вера, и Ли з а , по взгляду отца уж е догадавшись, в чем могло быть дело. Л и за в душ е искренно негодовала на Отца, и ей ж а л ь было Петра. Ты что? — проговорил И ван Степаныч, стараясь побороть смущение. — П ож алуйте деньги... — Д а говорят тебе: подожди... Я теперь, видишь, занят... Д а ведь вы сами сказали , что сегодня. — Ну, сказал... Ну, что ж из этого?.. Если мне не­ когда... Неужели ты не можешь понять?.. Это недолго-с... Если они у вас...